Предлагаем ещё раз обратиться к ирано-китайским отношениям и к вопросам, которые стоят перед сотрудничеством Ирана и Китая. Иранский эксперт Мохаммад Хатиби вчера выступил со статьёй, в которой раскрыл некоторые из этих вопросов. Возобновление санкций ООН против Ирана, действовавших до заключения СВПД, поставило Китай перед сложной и деликатной задачей, пишет он. Будучи одним из ключевых дипломатических и экономических партнёров Ирана, Пекин стремился обойти эти ограничения, придерживаясь прагматичного подхода: он признавал геополитическую важность Ирана и его обширные энергетические ресурсы, но при этом соблюдал требования ООН. Стратегия Китая заключалась в том, чтобы поддерживать отношения с Ираном, не нарушая напрямую нормы и законы ООН. Китай считает себя ответственным за поддержание международного порядка и безопасности. По словам генерального секретаря Института стратегических исследований Ирана и Китая Фаршада Аделя, в ходе конфронтационного диалога с Западом Китай придерживается иной точки зрения. «Они говорят Западу, что он утратил веру в международные механизмы, сделав их неэффективными… Господин Запад, вы подорвали международные механизмы», – пояснил он.
Китай утверждает, что его роль заключается в укреплении авторитета международных организаций и определении процессов в рамках этих организаций, добавил Адель. Это один из ключевых элементов китайской инициативы в области глобального управления, представленной 1 сентября. Такая осторожная дипломатия часто приводила к тому, что Пекин прибегал к нестандартным решениям, заключая сделки через третьи страны, используя неофициальные финансовые механизмы или участвуя в торговле без использования доллара. Одной из ключевых тактик, которую использует Китай для смягчения последствий санкций, является применение альтернативных финансовых систем. Участвуя в торговле в местной валюте или даже в бартере, Китай смог сохранить коммерческие связи с Ираном, избежав при этом использования традиционных международных финансовых сетей, которые недоступны для Тегерана.
Ограничения на доступ Ирана к западным финансовым системам означают, что Китай сталкивается с дополнительными расходами и сложностями при ведении бизнеса. Кроме того, страна опасается вторичных санкций со стороны США или других западных держав, которые могут повлечь за собой значительные риски, особенно если Пекин решит углубить своё участие в таких чувствительных секторах, как военная промышленность или оборонная сфера. Однако, если санкции в отношении Ирана будут смягчены или отменены, несколько отраслей выиграют от расширения сотрудничества между Китаем и Ираном. В рамках инициативы «Один пояс, – один путь» (ОПОП) может быть расширено сотрудничество, и Китай потенциально сможет активнее участвовать в развитии инфраструктуры Ирана, особенно в таких областях, как железные дороги, порты и логистические центры, а также нефтегазовая промышленность.
Но вместо прямого военного сотрудничества и поддержки Пекин предпочитает дипломатические решения и стратегии, исключающие конфронтацию, понимая, что любое значимое военное столкновение с Ираном может спровоцировать серьёзные ответные меры со стороны Запада. Китай воздерживается от любых действий, которые могут привести к нарушению норм ООН или эскалации напряжённости в отношениях с ключевыми (пока!) партнёрами в сфере экономики и безопасности, такими как США и Европейский союз.
Однако в дипломатическом плане Китай был одним из самых последовательных сторонников Ирана, особенно на таких международных форумах, как Совет Безопасности ООН. Эта поддержка обусловлена желанием сохранить суверенитет Ирана и сбалансировать собственные стратегические цели. Китай также с осторожностью относится к своим более широким дипломатическим и экономическим интересам, особенно в отношении ключевых региональных игроков, таких как Саудовская Аравия и Объединённые Арабские Эмираты (ОАЭ). Таким образом, хотя Китай поддерживает мирную ядерную программу Ирана и его право на самооборону, он тщательно избегает действий, которые могут привести к эскалации напряжённости в отношениях с другими партнёрами в регионе. «Китай активно работает над созданием нового имиджа и бренда. Именно поэтому у американцев Китай часто ассоциируется с драконом, в то время как сами китайцы предпочитают изображать себя с пандой. Они стремятся создать более мягкий и привлекательный образ», – заявил Адель.
Отношения Китая с США и странами Персидского залива являются ключевыми факторами, влияющими на его сотрудничество с Ираном в сфере безопасности. Хотя Пекин ценит партнёрские отношения с Тегераном, он прекрасно осознаёт необходимость поддержания стабильных связей с Вашингтоном и другими ключевыми государствами Западной Азии. Страна занимает осторожную дипломатическую позицию, поддерживая Иран на международной арене и избегая прямых военных столкновений или действий в сфере безопасности, которые могут навредить её отношениям с США или союзниками в Персидском заливе.
В связи с этим позиция Китая заключается в том, чтобы найти баланс между конкурирующими интересами: поддерживать суверенитет и безопасность Ирана, одновременно защищая свои более широкие геополитические и экономические цели. Учитывая продолжающиеся санкции и вероятность дальнейшего международного давления, Китай вряд ли будет значительно расширять сотрудничество с Ираном в сфере обороны и безопасности. Любой шаг в этом направлении может вызвать резкую реакцию со стороны США и их союзников и привести к усилению давления на Китай. Тем не менее, Китай, скорее всего, продолжит ограниченное сотрудничество с Ираном в сфере безопасности, например обмен разведданными, борьбу с терроризмом или продажу нечувствительного оружия, поскольку такие действия с меньшей вероятностью вызовут резкую реакцию Запада. Сотрудничество в более чувствительных областях, таких как передовые оборонные технологии, вероятно, останется под запретом из-за продолжающихся санкций.
Заглядывая в будущее, можно сказать, что по мере изменения глобальной расстановки сил и перехода мира к более многополярному порядку Китай, скорее всего, будет придерживаться более решительного и гибкого подхода к Западной Азии. Позиция Китая как нейтрального посредника в региональных конфликтах может усилить его роль ключевого игрока в геополитике Ближнего Востока, заключают Фаршад Адель и Мохаммад Хатиби.
Тут привлекает внимание тот факт, что в Иране, как видим, не склонны пока форсировать события и свои желания в отношении Китая – напротив, специалисты в Тегеране считают, что Иран в большей степени обязан полагаться только на себя, а Китай будет лишь как бы вспомогательным фактором. К слову, таково отношение иранских экспертов и специалистов и к России. В Иране понимают, что Китай и РФ постоянно будут «защищать свои более широкие геополитические и экономические цели», – в Тегеране же не наивные «полезные идиоты Франции/Макрона», как у нас в Ереване…
Вчерашнее же выступление Председателя Комиссии по национальной безопасности и внешней политике иранского Мажлеса (парламента) Эбрахима Азизи показало, что подобные мысли и настроения царят не только в среде иранских экспертов и специалистов, но и в высшем законодательном органе Исламской республики. Эбрахим Азизи, в частности, заявил, что стратегия правительства США заключается в том, чтобы быстро сдержать Иран, а затем сосредоточиться на Китае. Выступая в четверг на мероприятии под названием «Пионеры освобождения» в Тегеранском университете, он указал на изменения в международной стратегии, подчеркнув, что цель США – быстро сдержать и «нейтрализовать» Иран, прежде чем сосредоточиться на Китае. Эта стратегия США в международной политике, сказал он, отметив, что проводится в рамках геополитических интересов Вашингтона.
В другом месте своего выступления этот депутат указал на то, что США оказывают давление на Иран, добавив, что противник начал оказывать давление на Иран с помощью «механизма Snapback» (повторные санкции), а затем противник (т.е. Запад) усилил давление, когда президент США Трамп вступил в должность. «На данный момент между Ираном и Соединёнными Штатами нет никаких переговоров», – сказал Азизи, добавив, что Иран считает, что потенциальные переговоры должны учитывать иранские национальные интересы, в том числе безоговорочное право Ирана на обогащение урана. Исламской Республике Иран удалось противостоять давлению противника и продолжить свой путь к независимости, используя внутренние возможности и потенциал, подчеркнул господин Азизи.
Глава МИД Ирана Сейед Аббас Арагчи назвал безответственным и провокационным шагом проект резолюции о доступе к ядерным объектам Исламской республики, который представили «евротройка» и США совету управляющих МАГАТЭ, как следует из заявления иранского внешнеполитического ведомства. Ранее английское агентство Reuters сообщало, что «евротройка» (Германия, Франция, Великобритания) и США представили совету управляющих МАГАТЭ проект резолюции с требованием доступа к ядерным объектам Ирана и запасам его обогащенного урана. «Глава МИД Ирана …счёл принятие евротройкой резолюции против Ирана на заседании Совета управляющих МАГАТЭ безответственным, провокационным и неоправданным шагом, направленным на продолжение политики этих трёх стран и США в СБ ООН к восстановлению отменённых резолюций Совета и на дальнейший подрыв авторитета МАГАТЭ», – говорится в заявлении МИД Ирана.
Арагчи, как отмечается в заявлении МИД, также призвал все государства-члены Совета управляющих МАГАТЭ противостоять незаконным действиям «евротройки».
Следует напомнить, что глава МИД Ирана 17 октября отмечал, что с момента истечения срока резолюции 2231 Совбеза ООН 18 октября Исламская республика будет соблюдать только свои обязательства по Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), эти обязательства не ограничивают масштабы развития ядерной программы исламской республики. Постпред РФ при международных организациях в Вене Михаил Ульянов уточнил, что прекращение действия СВПД будет означать изменение ситуации вокруг ядерной программы ИРИ. Сам Арагчи 11 октября заявил, что Иран заморозил выполнение соглашения с МАГАТЭ, заключённого в Египте в сентябре и определявшего контуры взаимодействия Ирана с международной организацией с учётом ударов по иранским ядерным объектам. Такое решение связано с возобновлением действия резолюций Совбеза ООН по санкциям против Ирана. При этом в Тегеране отмечали, что готовы рассмотреть предложения по новой договоренности с МАГАТЭ. При этом формат взаимодействия с агентством будет определять Высший совет национальной безопасности Ирана (ВСНБ).
Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи призвал все государства-члены Совета управляющих МАГАТЭ выступить против незаконных действий трёх европейских стран в отношении Исламской Республики Иран.
В среду вечером Арагчи провёл телефонный разговор со своим бразильским коллегой Мауро Виейрой, чтобы обсудить двусторонние отношения и международные события. В ходе телефонного разговора министры иностранных дел двух стран обсудили двусторонние отношения, подчеркнув важность расширения связей и сотрудничества во всех областях, представляющих взаимный интерес. Обе стороны также подчеркнули важность укрепления сотрудничества на уровне международных организаций. Напомнив о важности недопущения того, чтобы некоторые страны злоупотребляли международными институтами для оказания давления на развивающиеся страны, министр иностранных дел Ирана также указал на неуместные действия трех европейских стран по принятию резолюции против Ирана на заседании Совета управляющих Международного агентства по атомной энергии, заявив, что «это действие является безответственным, провокационным и неоправданным шагом, который является продолжением политического подхода этих трех стран и Соединенных Штатов в Совете Безопасности ООН к восстановлению отмененных резолюций Совета и ещё больше подрывает доверие к Агентству, его профессиональный и технический статус». Арагчи призвал все государства-члены Совета управляющих МАГАТЭ выступить против этих незаконных действий трёх европейских стран. Министры также подчеркнули важность продолжения дипломатического сотрудничества и консультаций и обсудили пути дальнейшего взаимодействия.
Сейед Аббас Арагчи также заявил, что его страна не будет сотрудничать с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) по вопросу о взорванных ядерных объектах. И Иран ни при каких обстоятельствах не согласится на «нулевое обогащение», потому что это стало предметом национальной гордости и чести, – написал он в своём аккаунте в X и добавил: – Мы потратили на это много средств и пожертвовали несколькими учёными-ядерщиками, чтобы сохранить это. Иран считает любое соглашение о сокращении доли ядерного обогащения до нуля предательством и не примет его», – подчеркнул Арагчи. «В нашем взаимодействии с организацией ООН по наблюдению за ядерными объектами мы не имеем никакого отношения к взорванным ядерным объектам и сотрудничаем с МАГАТЭ только по вопросам ядерных объектов, которые не были взорваны, в рамках правил Агентства», – добавил Арагчи.
Но интрига в этих вопросах сохраняется. Вчера информированный источник в Иране решительно опроверг новость о том, что Иран пересматривает решение о прекращении обогащения урана, назвав её «полностью сфабрикованной». Категорически отвергая заявления, сделанные некоторыми региональными каналами и СМИ, информированный источник сообщил, что эти заявления являются полностью ложными, сфабрикованными, искажёнными и представляют собой часть психологической войны против Исламской Республики Иран, согласно информационному агентству Mehr News. «На любом уровне не обсуждалось и не рассматривалось прекращение обогащения урана, и ядерная политика Ирана продолжает соответствовать международным законам, макростратегиям исламского режима, а также национальным интересам», – заявил источник. «Иностранные стороны и некоторые СМИ пытаются повлиять на политическую обстановку в стране, в то время как ядерная программа Ирана продолжает реализовываться в соответствии с правовыми процедурами и рамками, и её принципы не претерпели никаких изменений», – добавил информированный источник. «Публикация таких фейковых новостей направлена на то, чтобы внести раскол в стратегические решения Ирана, и в корне неверна», – продолжил источник. «Заявления о прекращении обогащения урана в Иране полностью сфабрикованы», – утверждают источники в Иране.
Понятно, что в Тегеране опровергают именно заявления и фейковые публикации в США, Израиле и Западной Европе. Ну, и в конце вчерашнего дня состоялся ещё один разговор по телефону между Сейедом Аббасом Арагчи и министром иностранных дел России Сергеем Лавровым. Как сообщила пресс-службы МИД России, разговор был посвящён вопросам региональной безопасности. Подробности не сообщаются. Но не надо быть семи пядей во лбу, чтобы не понять – два министра говорили не только об «атомных вопросах», но и о складывающейся ситуации на Ближнем Востоке, в Закавказье и Средней Азии… Стало быть, хотя бы «мельком» затрагивали и вопросы об Армении…
Սերգեյ Շաքարյանց
15:36
13:44
13:18
13:02
11:42
10:23
10:08
10:00
11:09
10:43
10:19
16:49
14:53
13:52
11:23
11:03
10:42
14:45
14:29
14:09
13:56
13:35
13:24
12:08
11:16
10:33
10:03
14:44
14:22
13:59
13:33
13:31
12:50
12:21
11:55
11:33
11:12
10:45
10:20
09:50
09:29
09:09
17:59
17:35
17:16
16:55
16:30
16:06
15:51
15:14
| Вс | Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | |
| 1 | 2 | 3 | 4 | ||||
| 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | |
| 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | |
| 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | |
| 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | ||
16:17
10:00
12:58
15:39
09:49
13:25
14:04
12:51
15:28
12:39
13:24
13:02
12:39
15:08
11:15
14:33
12:26
11:23
13:25
15:19
14:27
15:16
12:13
15:14
14:44
13:25
11:06
13:12
11:13
14:15
11:26
09:35
11:41
10:37
10:55
12:28
12:13
12:51
11:35
10:45
16:51
10:21
14:27
12:37
11:23
13:03
10:47
13:03
13:15
14:58
