Ирано-российский тандем - непреложная реальность Ближнего Востока

На днях стало известно, что президент России Владимир Путин ждёт в Москву в гости не только своего коллегу из Армении Сержа Саргсяна, что должно иметь место 14-го марта. До армянского президента в российскую столицу вынуждены будут прибыть – видимо, не для самых лёгких и простых по содержанию переговоров, и премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху, и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Невольно напрашивается вопрос – что за необычная очередность визитёров в Москву? И, самое главное – что намерен предложить визитёрам и что стремится услышать от гостей президент России?

Ясно, что нам никто не предоставит реальных повесток дня переговоров, которые ожидаются в российской столице. Допустим, что визит С.Саргсяна в Россию можно как бы выделить и не рассматривать в привязке с предстоящими встречами Путин-Нетаньяху и Путин-Эрдоган. То есть – близоруко видеть в этом только армяно-российские отношения и ничего более, а раз, мол, в Армении на носу парламентские выборы, то, не исключено, российскому лидеру хочется непосредственно от С.Саргсяна узнать, что «там впереди». Как же быть тогда с «промежуточным» заявлением главы МИД Сирии Валида аль-Муаллема в его послании от 6 марта для МИД Армении по случаю 25-летия установления дипотношений между Дамаском и Ереваном? В конце концов, так называемое дежурное приветственное послание – но вчитаемся в то, что отметил министр иностранных дел Сирии: «Агрессию против народа Сирии совершает та сила, которая осуществила Геноцид армянского народа. Её политика, основанная на автократии и пустых султанских грёзах, обречена на провал с наихудшими последствиями. Руководство и народ Сирии высоко ценят позиции дружественной Армении по борьбе с терроризмом в Сирии. Сирия готова продолжать развивать отношения с Арменией во всех ключевых сферах сотрудничества».
Что ещё надо сказать, чтобы было понятно, какие именно круги имеет в виду господин аль-Муаллем? «Султанские грёзы» - откровенный намёк и на Эрдогана, и на современную Турцию, и на тех, кто вбросил сам термин «нео-османизм», и…. Я могу долго перечислять. Однако ж если задуматься ещё глубже, то… получится, что министр иностранных дел Сирии практически открыто нам говорит о том, что Сирия подверглась агрессии тандема сионистов и пантюркистов. Откуда такой вывод? Я вновь напомню об атмосфере в кулуарах 6-й Тегеранской международной конференции «Вместе поддержим Палестинскую интифаду» и, в частности, часть моей беседы с представителем из Албании, а это был директор Института свободной прессы Тираны, лектор UAMD и UNIEL доктор Олси Джазечи (его визитка у меня – кто захочет, может и увидеть). Ещё раз напомню - даже албанец-мусульманин из Албании д-р Джазечи был осведомлён, что организаторами Геноцида армян были салоникские евреи-дёнме из числа масонов. Чётко знали об этом и арабы-мусульмане из самых различных стран. Теперь перечитываем слова из послания главы МИД Сирии – он ведь не говорит «страна» или «нация», он отмечает – «та сила». А в мусульманском мире, учитывая признания албанца д-ра Джазечи, прекрасно знают, что за сила организовала Геноцид армян 1915-23 гг.

А вот вслед за этими напоминаниями очень к месту и ко времени вспомнить, что заявлял тот же Валид аль-Муаллем 27 мая 2015 г. в Дамаске по итогам переговоров с министром иностранных дел Армении Эдвардом Налбандяном: «Я подтверждаю, что отношения Сирии с Российской Федерацией и Исламской Республикой Иран куда глубже, чем некоторые считают. Россия и Иран оказывают чёткую и ощутимую помощь Сирии и никогда не отказывались и не отказываются от поддержки стойкости сирийского народа. Заговор против нашей страны продолжается, и ясно видно, что заговорщики помогают боевикам, которые просачиваются в Сирию через турецкую границу. Однако я говорю сирийскому народу, что есть наши друзья, которые помогают нам, и мы чувствуем их помощь». Думается, что теперь многим станет понятен и мой логичный посыл – стараемся искать ответы на тревожащие вопросы, в том числе и по Армении, во всё той же Сирии, как и в отношениях тандема Россия-Иран, продолжающего союзничество в сирийском кризисе.

Вот и получается глубочайшая символичность – едут в Москву, которая продолжает вплотную заниматься Сирией, по очереди: Нетаньяху, Эрдоган… Затем – и Серж Саргсян. Я не хочу сказать, что более ни с кем российский президент не будет встречаться. Напротив – со дня на день ожидается, что и президент Ирана Хасан Роухани побывает в Москве, а о предстоящей встрече с президентом США Дональдом Трампом пресс-секретарь Путина – Дмитрий Песков, с января анонсирует, как говорится. Я уж не говорю о том, что Путин и председатель КНР Си Цзиньпин «взаимовстречно» приняли приглашения – то есть и российский президент побывает в Китае, и китайский лидер прибудет в Москву. Но март 2017-го, судя по всему, венчает именно визит Роухани – 21 февраля министр связи и информационно-коммуникационных технологий Ирана Махмуд Ваэзи сообщал, что предварительно российско-иранские переговоры на высшем уровне планируются на конец марта, и стороны активно готовятся к приезду Роухани в Россию. Отметая из предстоящих переговоров Путина с лидерами вышеуказанных стран сугубо двусторонние темы отношений России (да даже с нашей Арменией), сразу можно сказать – центральное место будет занимать тема Сирии, а то и всего Ближнего Востока. Эпицентр мира и конфликтных зон мира…

Попытаемся в целом увидеть, что же произошло на Ближнем Востоке. После того, как турки всё-таки захватили сирийский городок Эль-Баб, а Эрдоган выступил с угрозой напасть на курдов из «Отрядов народной самообороны» (YPG) в городке Манбидж, ситуация начала развёртываться в ускоренном порядке. Сирийские правительственные войска и шиитские ополченцы при поддержке российской авиации отбили у террористов «Исламского государства» (ИГ) селения Аль-Арида, Гадими, Аль-Ашири, Расм аль-Хамам, Абу Джада и Тануза провинции Алеппо. Продвижению вперёд предшествовали массированные ракетно-артиллерийские удары. Концентрация правительственных сил и шиитов на данном направлении такова, что их наступление к водохранилищу «Аль-Асад» боевики ИГ вряд ли смогут остановить. И уже известно, что террористы постепенно «вытекают» к границе с Турцией. С другой стороны, сирийцы и шииты-добровольцы, и тоже при поддержке российских Военно-космических сил (ВКС) ещё раз освободили Пальмиру (Тадмор), и уже идёт массированная подготовка к наступление на «столицу халифата» Эр-Ракку. Но решающими были дни 2-3 марта. Турция фактически объявила войну сирийским курдам, выпирая на первый план «проблему Манбиджа».

Чем ответили курды, Сирия, Иран и, разумеется, Россия? Тем, что уговорили курдов из Партии «Демократический союз» (PYD) и лично её лидера Салеха аль-Муслима быстро принять условия сирийского правительства и начать совместными усилиями готовиться остановить турецкую агрессию, которую Анкара с прошлого года величественно именует антитеррористической операцией «Щит Евфрата». Усиленно вчитаемся в сводки от 2 марта. Именно в этот день курдские формирования YPG, сирийские правительственные войска и шиитские добровольцы продолжили расширение зоны контроля на северо-востоке провинции Алеппо. После этого стало ясно, что курды и сирийская армия идут на полное отсечение турецких войск, действительно выдвигавшихся к Манбиджу. Ситуация сделала невозможным дальнейшее продвижение турецких войск и поддерживаемых ими боевиков «Свободной сирийской армии» (ССА) на юг. Единственная возможность для турецких военных поучаствовать в освобождении Эр-Ракки – это если США осуществят переброску турецких подразделений по воздуху, однако это маловероятно в силу большого присутствия в регионе курдских сил и… иранских военных советников. Уже с утра 3 марта в Манбидж вступали сирийская армия, российские военные, иранцы, шииты «Хезболлах», а затем в город пришли и гуманитарные конвои. И сразу же правительством Сирии были приняты меры по возобновлению работы органов государственной власти в Манбидже и прилегающих к нему районах.
К 7 марта «Военный совет Манбиджа» (ВСМ), где ведущую роль как раз играют курдские формирования YPG, объявил о решении передать под контроль сирийской армии также прилегающие с запада к Манбиджу районы, т.е. к северо-востоку провинции Алеппо. По словам представителя ВСМ Шерфана Дервиша, главная цель подобной уступки со стороны курдского ополчения – стремление любой ценой «пресечь экспансию Турции и оккупацию ею сирийской территории». Курдское ополчение выбило боевиков террористической группировки ИГ из селений Абу Мандиль, Бира, Макбила и Абу аль-Каф в 17 км юго-западнее города Манбидж. Примерно в это же время при поддержке авиации и артиллерии сирийская армия взяла села Джанат Абу Джадха и Аляса. Затем были освобождены также села Зарая, Умм аль-Амад, Барлин, Абу Тавиль, Рахмания, Умм Мьяль и Казыкли. По соглашению, достигнутому при российском посредничестве, курды также передали под контроль сирийским военным небольшой посёлок Абу аль-Каф. Всего же за неделю-дней десять свыше 100 населённых пунктов были возвращены под контроль Сирии, шиитских добровольцев и союзнических с ними сил. Как мы можем понять, отныне курдские и PYD, и YPG – это тоже союзники Сирии и её армии, как Ирана и шиитских ополченцев.

Так что обоснованно было говорить, что союзнические силы фактически пресекли и остановили, сделали невозможным продолжение турецкой операции «Щит Евфрата». Необоснованно лишь то, что заслугу в этом ряд российских СМИ поспешил приписать Москве. Словно бы российские СМИ забывают знаменитые слова своего президента о том (на Генассамблее ООН), что вопрос Сирии решают «те, кто в поле», но в поле-то основная часть воюющих – это сирийцы, иранцы и шиитские добровольцы, даже если мы знаем, что при боях за Пальмиру (Тадмор) был тяжело ранен и вывезен в Москву российский генерал Милюхин. Москва, безусловно, непосредственно причастна к приостановлению «Щита Евфрата», - но реально пресекала турок не Россия. Это не вопрос. Вопрос в ином – что Россия маневрирует и пытается не допустить полной конфронтации между Анкарой и Тегераном, которая началась ещё с февральского идиотского заявления Эрдогана на Мюнхенской конференции по безопасности (17−19 февраля) и реплик турок в последующие дни о сути роли и действий Ирана в Сирии. Иран тут же жёстко ответил, открыто напомнив Эрдогану, что терпение у Тегерана заканчивается, и т.д.

Думаю, что Россия пытается сохранить «Астанинский формат», т.е. своеобразную триаду Москва-Тегеран-Анкара по Сирии. И естественно, в этих целях может содействовать «замирению» Ирана и Турции. Впрочем, сейчас хотят отойти от обострения и сами Тегеран с Анкарой. Удобный случай выпал 1 марта в Исламабаде, где проходил саммит Организации экономического сотрудничества (ОЭС). Там, кстати, разгорелся ещё один скандал – Киргизия отказалась подписать «манифест» о так называемой «территориальной целостности Азербайджана», но это – другая тема… Двумя государствами-учредителями данной региональной организации с участием 10 стран Ближнего Востока, Центральной Азии и Южного Кавказа являются Иран и Турция вместе с Пакистаном. Их президенты в первый день весны провели переговоры в пакистанской столице. Основной смысл ирано-турецкого саммита сводился к взаимному стремлению максимально снизить степень двусторонней напряжённости, возникшей, прежде всего, из-за разности позиций двух держав в Ираке и Сирии. Роухани в беседе с Эрдоганом подчеркнул неизменность позиции Тегерана - поддержка территориальной целостности и госсуверенитета Сирии. В такой расстановке акцентов иранской стороной комментаторы уже достаточно длительное время усматривают упрёк-месседж в сторону Анкары. Турецкие войска находятся в северной Сирии в качестве интервента. Согласия законного сирийского правительства на ввод контингента Турции в провинцию Алеппо у Анкары нет и не могло быть в виду враждебных отношений с Дамаском. В отличие от этого, у Ирана, как и у России, есть все основания считать своё военное присутствие в Сирии находящимся в соответствии с нормами международного права. Запроса Дамаска о помощи в сторону Турции не было, и войска этой страны на своей территории сирийское правительство изначально определило агрессором.

Похожая ситуация, оттеняющая наличие между Ираном и Турцией принципиальных разногласий, сложилась и вокруг Ирака. Здесь турецкие войска на севере страны, в провинции Ниневия (Найнава) - такие же незванные гости. Поддерживаемое иранцами центральное правительство в Багдаде ещё в декабре 2015 г. поставило ребром вопрос о выводе турецких «инструктуров» из района Башика. Анкара отреагировала отказом, согласившись лишь незначительно сократить личный состав этих самых «инструктуров» и количество бронетехники в их распоряжении. В Ираке между иранцами и турками практически тот же геополитический водораздел: первые поддерживают законное правительство в столице арабской страны, вторые - противостоящие ему силы. Анкара даже пошла на существенное сближение с иракскими курдами в Эрбиле, чтобы и в этом противопоставить себя интересам Тегерана в регионе. Как известно, отношения курдских военизированных формирований «пешмерга» и шиитского ополчения «Хашид аш-Шааби» Ирака явно не складываются, и турки всем своим видом демонстрируют на стороне кого их предпочтения. Но 7 ноября 2016 г. отряды Курдской рабочей партии (PKK – той самой, что запрещена в Турции) в составе и под флагами «Хашид аш-Шааби» освободили Башику, турки, естественно, убрались. Сейчас, когда те же шииты из «Хашид аш-Шааби», которых «задним числом» оформили уже как составную часть Вооружённых сил Ирака, завершают освобождение и «зачистку» другой «столицы халифата» - Мосула.

В Исламабаде Роухани и Эрдоган постарались отрешиться от геополитической материи двусторонних противоречий, затушить их разгорающееся пламя привычным обращением к торгово-экономической тематике. Два соседа слишком тесно связаны взаимной торговлей, особенно в приграничных регионах, чтобы не попытаться вовремя отойти от опасной черты. 1 марта Эрдоган поддержал призыв иранского президента выйти на качественно новый уровень экономического сотрудничества двух стран, о котором, отметим, Анкара и Тегеран говорят уже много лет. И каждый раз на фоне очередного всплеска указанных и других противоречий. Турецкий лидер взялся приложить все усилия, дабы поднять объём товарооборота с Ираном с нынешней отметки в $ 8,9 млрд. (за 2016 г.) до $ 30 млрд. А пока этого не произошло, как и самого качественного рывка крупнейших экономик Среднего Востока навстречу друг другу, Иран и Турция обречены оставаться «заклятыми соседями». В обозримой перспективе нет ни одной серьёзной причины надеяться на снятие «болевого синдрома» с ирано-турецких отношений, который только нарастает в Ираке и Сирии. Особенно на северном участке сирийского фронта, где Турция набрала крайне тревожный для Ирана темп «подмятия под себя» всей ситуации.

Но переговоры в Исламабаде – переговорами, а в Сирии всё было крайне неблагополучно. После Эль-Баба через пограничный КПП «Баб ас-Салам» и город Аазаз прошли десятки бронеавтомобилей и БТР. Часть турецких подразделений осталась в Аазазе, где в настоящий момент сформирована ударная группа для атаки курдских позиций в районе селения Шакба. Другая часть направилась через Эль-Баб вглубь провинции Алеппо. Турки и боевики ССА значительно активизировали атаки против курдов и сирийских правительственных войск. Так, в районе пригорода Эль-Баба - посёлка Тадеф турецкий спецназ попытался прорвать оборону сирийских военных. В ходе боёв турки потеряли не менее 40 человек убитыми. Безвозвратные потери сирийской армии составили 15 военнослужащих. Трое сирийских солдат попали в плен к туркам. Турецкие танки, гаубицы и авиация с 28 февраля стали наносить интенсивные удары по курдским позициям между Эль-Бабом и Манбиджем. Под ежедневным обстрелом оказался западный курдский анклав Африн. Район города Аазаз Турция фактически уже превратила в свою «колонию». Риск масштабного лобового столкновения турецкой и сирийской армий, на стороне которой воюют проиранские группировки, не отошёл на задний план – он есть и сейчас, и будет сохраняться до тех пор, пока турки хоть что-то контролируют на территории Сирии.

И вот 6 марта турецкий премьер-министр Бинали Йылдырым заявляет изданию «Sabah daily», что Турция не против того, чтобы сирийские войска контролировали Манбидж. «Последняя информация, которой мы располагаем о Манбидже, это то, что силы режима (Башара аль-Асада – прим.) вошли в город и YPG уходит. Это неплохое развитие ситуации для нас. Мы не хотим присутствия YPG в Манбидже. Кроме того, Сирия принадлежит сирийцам», - сказал глава турецкого правительства. Как отметило турецкое издание со ссылкой на профессора Байарактара, теперь Анкара вряд ли предпримет попытки захватить Манбидж, так как прямое столкновение с правительственными войсками накалит ситуацию и настроит против Турции всех геополитических игроков. Заявление Йылдырыма стало сильным разочарованием для протурецких джихадистов. Турецкие силы оказались зажаты в приграничной зоне и пойти в наступление на Манбидж и Эр-Ракку, как обещал турецкий президент, уже никак не смогут. По крайней мере, судя по заявлению Йылдырыма, Анкара не пойдёт на конфликт с геополитическими игроками и Дамаском.

Остановку экспансии «умеренных» джихадистов при поддержке турецкой армии в Сирии можно считать тактическим успехом Тегерана и Москвы. Таким образом, руками Дамаска Иран и Россия перекрыли протурецким силам путь, причём не только на Эр-Ракку и Манбидж – дело в том, что турки в Сирии и турки в Ираке остались разделёнными, «смычки» между ними по сирийской территории не произошло и уже не произойдёт. Их наступление позволило бы «умеренной» оппозиции Сирии взять под контроль при поддержке Турции новые территории и восстановить свои позиции после сокрушительного поражения под Алеппо. Кроме того, успех турок и «умеренных джихадистов» сохранял бы в повестке дня и создание протурецкого квази-государства, составленного из оккупированных турками территорий Сирии и Ирака. Правда, турецкое издание «Sabah daily» со ссылкой на профессора Байарактара, утверждает, что у Турции есть ещё «карты в рукаве». Например, наступление на сирийских курдов с севера, где подконтрольные им территории напрямую граничат с Турцией. Однако это будет уже прямое нападение, а не операция против экстремистов ИГ, как заявляла операцию «Щит Евфрата» Анкара. В этой ситуации властям Турции уже придётся иметь дело и с США, которые продолжают делать ставку на сирийских курдов по освобождению Эр-Ракки. Впрочем, после соглашения курдов с Россией и Ираном, а через их посредство – с правительством Асада, станут ли США защищать курдов, если Турция предпримет новую агрессию?

Ответ на конкретно данный вопрос, видимо, получит свой абрис не раньше, чем состоится встреча Путин – Трамп. А пока же США по-прежнему поддерживают курдов, и центральное командование активно выкладывает в соцсети фотографии, как американские инструкторы готовят бойцов SDF (проамериканская структура «Силы демократической Сирии») в том же Манбидже. 5 марта в Twitter распространяли видеоролик колонны американской бронетехники, которая движется на север Манбиджа. Кроме того, как отмечала «The Washington Post», Пентагон предложил новый план наступления на Эр-Ракку, который предусматривает значительное увеличение количества американских спецназовцев в Сирии. Сегодня США ограничены контингентом в 500 человек. «The Washington Post» указывает, что новые планы Пентагона могут вызвать ещё большее неудовольствие Анкары, однако жёсткие заявления турецкого президента, предполагает американское издание, направлены больше на простых турок. 16 апреля в Турции состоится референдум, и они должны решить, увеличивать ли полномочия президента. Сегодня сирийские курды и их главная партия PYD контролируют 28% территории Сирии, на которой хотят объявить свою автономию. И, по мнению экспертов, очень успешно защищают себя, играя на противоречиях геополитических игроков.

«Сирийские курды находятся там, где есть, потому что успешно используют отношения с мощными силами в собственную пользу», - сказал ресурсу ARAnews аналитик Центра Ближнего Востока Рафика Харири Аарон Штейн. Как заметил арабскому изданию эксперт Центра новой американской безопасности (CNAS) Николас Герас, отдав часть территории Дамаску, сирийские курды получили ещё и доступ к своему анклаву Африн через территории, контролируемые правительственными войсками. Напомним, что одной из целей операции «Щит Евфрата» было не позволить курдам соединить свои приграничные с Турцией анклавы в единое целое. Да, сирийские курды уже давно считают, что вправе участвовать в переговорах в Астане о будущем страны. И не только в Астане – но и в Женеве тоже. В этом сирийских курдов поддерживает Россия. Как заявил 4 марта постоянный представитель России при ООН в Женеве Алексей Бородавкин, Москва выступает за участие в переговорах и курдской партии PYD, а не только протурецкого Курдского национального совета, который входит в группу оппозиции. Однако Анкара категорически против, считая PYD ответвлением «террористической PKK Турции». И, похоже, введение сирийских курдов в политический процесс по урегулированию ситуации в Сирии будет много более сложной задачей, чем физическая остановка операции «Щит Евфрата». В Турции и Сирии его явно посчитают поражением Эрдогана. Многие эксперты уже и так говорят о бесславном конце турецкой операции «Щит Евфрата», хотя, возможно, Анкара на самом деле не смирилась с тем, что протурецким силам закрыли дорогу на Манбидж и Эр-Ракку. По крайней мере, «умеренные» джихадисты, в отличие от турецких военных ведут активные боевые действия не только против «Сил демократической Сирии» (SDF), но и против правительственной армии в районе Манбиджа. Например, на днях выложили в сеть видео издевательств над четырьмя пленными солдатами, которые якобы заблудились в районе Эль-Баба. Ранее курдский медиа-активист Кован Диреж утверждал, что во время радиопереговоров между силами SDF и джихадистами, последние заявили: «У нас нет приказа атаковать режим, в ином случае Турция нам не заплатит!».

Все эти расчёты – как бы помягче выразиться? – малообоснованны, ибо берут в учёт только то, что там «где-то» и «что-то» по просьбе сирийского правительства бомбят и уничтожают российские ВКС, а россияне из антитеррористического центра заняты переговорами о примирении различных группировок внутри Сирии. А как же то, что вместе с сирийской армией в тот же Манбидж и другие населённые пункты вступают также иранские военные советники и шиитские добровольцы? Не раз и не два отмечалось в сообщениях различных СМИ, в том числе и западных, что ополченцы из ливанской «Хезболлах» и иракской «Хашид аш-Шааби» бескомпромиссны и наиболее решительные. И вопрос о том, смогут ли США добиться того, чтобы вообще американских военных допустил бы к участию в освобождении Эр-Ракки, - он, на мой взгляд, решался и в Алеппо, где сирийцы и иранцы взяли в плен свыше 150 спецназовцев из США, других западных стран, Израиля, Турции и ряда арабских государств, а также сейчас – в Манбидже, где курды сдали город и прилегающую округу сирийцам, иранцам и шиитам. Так что доступ в блокированный турками Африн сирийские курды, конечно, получили – да только их авангардные позиции и сама дорога с Манбиджа на Африн отныне контролируется Сирией и проиранскими ополчениями. И курды это осознают куда как «поближе к собственной коже», чем все аналитики Запада и Турции вместе взятые.

В этом плане состоявшая 7 марта в Анталье встреча начальников Генштабов Вооружённых сил России и Турции, Валерия Герасимова и Хулуси Акаса, и председателя Объединённого комитета начальников штабов ВС США Джозефам Данфорда – факт знаковый. Согласно заявлению турецкого Генштаба, главной темой переговоров стали вопросы безопасности в регионе и последние развития в Сирии и Ираке. Как отмечает «Sabah daily», встреча военачальников трёх стран проводится в период, когда обсуждается план операции против террористической группировки ИГ в сирийской Эр-Ракке. Другой предполагаемый вопрос консультаций - ситуация вокруг Манбиджа, где «поддерживаемые США формирования арабо-курдской коалиции SDF ранее согласились передать свои позиции в этом городе правительственным войскам Сирии». Здесь нет ошибки – действительно, курдские формирования YPG и есть та часть курдов, которая пошла в наспех сколоченную американцами в начале 2016 г. «коалицию» SDF, то есть сирийские курды играли и играют «на два фронта». Но, ещё раз повторю – так было до Манбиджа, город сдавали сирийской армии и проиранским силам уже совсем «другие по мышлению» бойцы отрядов YPG…

Я считаю, что Россия и Иран чётко рассчитали свои ходы. И уверен, что это относится как к Сирии и Ираку, так и, в равной мере, к нашему Закавказью. Ирано-русский тандем это непреложная реальность. Порой подсознание рисует картину прямо-таки небывалого стратегического расклада, суть которого – всякий, кто попытается сунуть нос в дела Ближнего Востока и, тем паче – Кавказа, окажется «зажатым» между «молотом и наковальней» России и Ирана.

Сергей Шакарянц

ИЦ «Еркрамас»