На следующий день после референдума в Каталонии ситуация выглядит более, чем неопределенной. В начале сентября этого года каталонские сепаратисты избрали силовой сценарий достижения независимости, в котором ключевым пунктом должен был стать референдум. Мадрид ответил блокированием референдума правовым путем — через Конституционный суд. Барселона в ответ не признала этого решение и продолжила подготовку референдума. Мадрид задействовал прокуратуру, полицию и послал в Каталонию подразделения жандармерии для противодействия подготовки референдума. Действия сил правопорядка в неделю, предшествовавшую дню проведения референдума (1 октября), сделали его правильное проведение технически невозможным. В частности, полицией были захвачены бюллетени для голосования. Но и после этого каталонские сепаратисты не отказались от выбранного ими силового сценария. Референдум 1 октября был проведен как чисто символическое действие. Он состоялся без списков избирателей, без какой-либо независимой избирательной комиссии и без вездесущих зарубежных наблюдателей. В итоге, представители сепаратистского правительства Каталонии объявили, что 90% участников референдума проголосовали за независимость и республику — 2 020 144 голоса «да» и 176 566 — «нет». Точность до одного не должна никого обманывать. Цифры голосовавших, очевидно, взяты с потолка, но итоговая цифра проголосовавших за независимость очень близка к максимуму гражданского потенциала каталонской сецессии. Массовые беспорядки на улицах и столкновения с полицией подтвердили миру этот потенциал. В итоге получилось так, что референдум оказался технически сорван, но и центральная испанская власть не победила. Если каталонские сепаратисты продолжат свои противоправные действия, то конфронтация выйдет на новый уровень. И теперь получилось так, что общественное мнение европейцев, скорее, из-за ментальных особенностей поддерживает их действия и осуждает силовое подавление сепаратистов. Деструктивным процессам в Испании дан мощный внешний импульс.
В первый же день после референдума выяснилось, что европейцы не готовы к повышению уровня конфронтации в Испании. У господствующего в сознании либерально-демократического дискурса нет нужного ответа на происходящее, а демонстрируемая критика поощряет негативные процессы. Это хорошо видно на примере публикаций о событиях в Испании европейских СМИ. Они сейчас полны рассуждений на тему: день каталонского референдума — это один из худших дней испанской истории. Полноте. Разумеется, это не так — бывало и хуже, и даже совсем плохо. Но беспорядки в день референдума означали, что конфронтация продолжается. Поэтому на словах все европейские СМИ крайне обеспокоены результатом референдума в Каталонии, создавшим ситуацию крайнего дискомфорта и неопределенности для европейцев. В референдуме многие видят неприятный предвозвестник для всей Европы. Брюссель, разумеется, эти опасения разделяет, видя в отделении Каталонии прелюдию к «распылению Европы» и ослаблению европейского проекта. Баски в Испании, шотландцы в Соединенном Королевстве и Северная лига в Италии внимательно следят за действиями каталонцев.
Ситуация выглядит ненормальной, когда в европейских СМИ в резкой форме с позиций гуманизма высказывается критика в адрес действий испанской полиции. Мадриду предъявляется реестр жертв 1 октября: более 800 раненых гражданских лиц и 33 раненых полицейских. Но при этом, порицая силовые действия центральных властей, все понимают, что альтернативой им должно было бы стать разрешение проведения референдума, что означало бы пустить события на самотек. Каталонские сепаратисты сделали бы референдум по форме и содержанию состоявшимся. Последний случай также не устраивает европейцев. Происходит когнитивный разрыв. Тупик очевиден, и это самое опасное состояние в сознании обитателей Евросоюза. Очевидно, что Мадрид в 2017 году не обладает такой уверенностью, как Лондон, рискнувший при Кэмероне сыграть в референдум по Шотландии и победивший в итоге. Сейчас уже ясно, что Лондону тогда повезло. Кэмерон второй раз пошел на риск, бросил жребий на референдуме по Brexit и проиграл. Референдум в условиях базисного кризиса вещь рисковая. В 2017 году Мадрид руководствуется опытом Brexit, а не шотландского референдума 2014 года.
Сейчас многие комментаторы говорят о том, что поведение полиции только подогрело желание каталонцев на отделение от Испании. Каталонцы сейчас будто бы почувствовали себя оскорбленными высокомерием центрального правительства. Неопределенный результат по референдуму также интерпретируется как предупреждение испанскому правительству, что нужно более внимательно относиться к чаяниям каталонцев. Иначе события в Каталонии могут придать импульс сепаратистским силам по всей Европе, что может создать столь же опасную «мозаичную ситуацию», как до Второй мировой войны. Ведь рост сепаратизма в Испании совпал в Европе с новой волной национализма и антиглобализма.
Очень популярно на страницах европейских СМИ ругать премьера Мариано Рахоя. Содержание критики премьера примерно следующее. Испанию охватил кризис, а премьер-министр страны, судя по всему, этого не осознает. Премьер-министр потерпел неудачу в том, как он обошелся с проектом каталонского референдума. Он забыл, что он возглавляет демократическое государство-член ЕС. Действия со стороны испанских властей контрпродуктивны и неоправданно жестки. Силовое подавление только укрепило позицию сторонников независимости, которые до сих пор, казалось, не имели за собой большинства граждан. Центральное правительство под руководством Рахоя действовало так неуклюже и жестко, что сторонники независимости обретают новые импульсы. Правящая Народная партия премьер-министра Мариано Рахоя до сих пор демонстрировала высокомерие и отсутствие гибкости во всех делах.
Все сейчас умны задним умом. Рахоя упрекают за то, что он не организовал референдум несколько лет назад, когда будто бы явное большинство каталонцев выступало против независимости от Испании. Но последнее не очевидно.
Подобным образом выглядит крайняя форма критики: Мадрид подтвердил образ авторитарного государства. Испания под консервативным руководством демонстрирует авторитаризм и неспособность ответить на проблемы регионального меньшинства. Мадрид проявил неспособность к работе с другой культурой, о которой не имел представления. При текущем состоянии политические конфликты не могут быть решены через государственное насилие посредством судов и действий полиции. Правительство Мариано Рахоя должно сделать все, чтобы силы безопасности понесли ответственность за свои слишком жесткие и непропорциональные действия. Очевидно, что последнее предложение может привести лишь к поощрению сепаратистов.
Альтернативный и более мягкий подход в критике — это разделение ответственности за происходящее на два лагеря. Случившееся стало результатом безответственных действий сразу двух сторон — правительства Мариано Рахоя и каталонских сепаратистов. Есть надежда на то, что каталонские лидеры теперь увидят, что референдум, как довод, слишком шаток, чтобы провозгласить независимость. Это было бы безответственно с их стороны перед лицом не столь далекого прошлого: гражданской войны, режима Франко и террора баскского сепаратистского движения ETA. Этот референдум следует рассматривать как призыв внимательнее прислушиваться к чаяниям и жалобам каталонцев, как способ продемонстрировать им большее уважение, как стимул начать поиски возможности предоставления Каталонии большей автономии, и, может быть, как возможность привлечь к этому процессу Брюссель, который тоже с тревогой поглядывает на сепаратистские движения по всему континенту, опасаясь раздробления Европы.
И, наконец, самый редкий вариант в европейских СМИ — вина лежит исключительно на руководстве Каталонии. Критические выступления на этот счет единичны в европейских СМИ. В подобной трактовке исключительно виноваты каталонские сепаратисты. С их проектом независимости они выиграли региональные выборы лишь с незначительным перевесом в 2015 году, но, несмотря на это, они продолжают беспощадно продвигать свои идеи. Сторонники независимости призвали, начиная с вторника провести всеобщую забастовку. Сепаратисты призвали к гражданскому неповиновению. Конечно, референдум, который состоялся в воскресенье, был незаконным. Результат не может быть подтвержден. Больше половины каталонских избирателей остались дома и не участвовали в референдуме. Очевидно, большинство из них являются либо противниками независимости, либо лояльны правительству. Однако даже подобный вариант трактовки событий не рекомендует силовое подавление каталонского сепаратизма.
Каковы предлагаемые решения?
Первое. Мадрид должен прийти к осознанию того, что настало время искать диалог. Брюссель со своей стороны поддержал центральное правительство. Еврокомиссия назвала незаконным референдум. Тем самым каталонскому руководству указывалось на бесперспективность дальнейших шагов по разрыву с Испанией. Министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль призвал Испанию «сохранять спокойствие». Министр считает, что Мадриду и Барселоне нужно сесть за стол переговоров. После того как все успокоятся, можно будет найти какое-то решение о большей автономии для Каталонии, который удовлетворит все стороны. Правительство Рахоя уже высказало согласие на подобную перспективу. Его позиция после референдума проста: референдума не было, поэтому нет никаких последствий. Можно садиться за стол переговоров. Общественное мнение Европы, ориентирующееся на «ценности», устраивает подобный вариант. Он является желательным для него.
Второе. Руководство Каталонии заявило, что референдум имеет законную силу. Далее вопрос о выходе Каталонии из состава Испании должен решить региональный парламент. Глава региональной администрации Карлес Пучдемонпотребовал вывода из Каталонии всех подразделений национальной полиции и жандармерии, подчиняющихся центральным властям в Мадриде. Если конфронтация будет продолжена и каталонские сепаратисты объявят в одностороннем порядке независимость, то тогда у правительства в Мадриде остается: либо подчиниться навязанной им логике, либо отвечать применением 155-й статьи испанской конституции с временной отменой автономии, роспуском местной администрации и парламента и введением прямого правления в регионе. Ответом может стать новый виток напряженности с массовыми акциями неповиновения и т. д. В этом случае, как продемонстрировала реакция европейских СМИ 2 октября 2017 года, сочувствие общественного мнения Европы будет на стороне подавляемых.
Таким образом, главный урок каталонского референдума — общественное мнение Европы не готово к ответу на деструктивные процессы в Евросоюзе. Оно, вопреки рациональности, становится на сторону сепаратистских сил в Испании. Поэтому радикальный сепаратизм в Испании становится серьезным вызовом для перспектив Европейского союза.
Дмитрий Семушин
adaily.com
10:16
09:13
09:01
09:03
15:04
13:29
17:03
16:28
16:22
16:09
15:03
15:44
14:42
13:22
09:33
10:49
10:02
22:28
22:22
20:06
14:03
11:09
10:27
10:05
13:26
12:41
11:58
10:45
10:35
10:02
11:23
10:02
15:19
15:05
13:37
13:07
12:48
12:13
11:35
11:05
10:26
15:21
15:02
12:44
12:02
10:55
09:03
14:59
14:57
18:34
| Вс | Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | |
| 1 | 2 | 3 | 4 | ||||
| 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | |
| 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | |
| 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | |
| 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | ||
16:17
10:00
12:58
15:39
09:49
13:25
14:04
12:51
15:28
12:39
13:24
13:02
12:39
15:08
11:15
14:33
12:26
11:23
13:25
15:19
14:27
15:16
12:13
15:14
14:44
13:25
11:06
13:12
11:13
14:15
11:26
09:35
11:41
10:37
10:55
12:28
12:13
12:51
11:35
10:45
16:51
10:21
14:27
12:37
11:23
13:03
10:47
13:03
13:15
14:58
