Македония теряет своё имя вопреки воле народа

06.12.18 | 10:23

Парламент Македонии большинством голосов принял поправки к конституции, согласно которым страна отныне будет носить название «Северная Македония». Принял под аккомпанемент протестов рядовых македонцев и одобрение Запада.

На 64-ой сессии македонского парламента за проект поправки 33 Конституции Республики Македония проголосовали 67 депутатов при 23 голосах против и четырех воздержавшихся. Проголосовали, по сути, за прекращение существования этого государства как такового. Что символично, демонтажом занялась прозападная коалиция, возглавляемая наследниками югославских коммунистов — Социал-демократическим союзом Македонии (СДСМ) и примкнувшими к нему моноэтническими албанскими партиями страны (последние изначально действовали по принципу «чем хуже для славянской Македонии, тем ближе мечта о создании Великой Албании»). Символично потому, что именно коммунисты в свое время запустили и пропагандировали в Вардарской Македонии — территории, на которой располагается эта ныне бывшая югославская республика, идею особой македонской нации. И десятилетиями занимались ее насаждением среди живущего там, по сути, болгарского большинства.

Античные мифы и геополитические амбиции

Еще по итогам Русско-турецкой войны 1877 — 1878 годов Вардарская Македония должна была войти в состав новообразованного Болгарского княжества. Но тогда против этого в буквальном смысле слова восстали греки, считавшие, что вся Македония может быть только эллинской, и никакой другой. И были поддержаны местными мусульманами. Поэтому именно благодаря спесивости греков эта земля осталась в составе Османской империи. По итогам Балканских войн, когда амбициозной Болгарии серьезно досталось от соседей, Вардарскую Македонию забрала себе Сербия (в то время как Эгейскую — Греция, административно разделив на Западную, Центральную и Восточную), а небольшой кусочек — Пиринская, стал утешительными призом для Софии. Сербы, понятное дело, стали насаждать на новоприобретенной территории идею о том, что македонцы никакого отношения к болгарам не имеют, а являются оболгаренными сербами. И отдали территорию под религиозное окормление Сербской православной церкви.

Но надо отметить, что сербские идеи особого успеха среди македонцев не достигли, а их старинное движение ВМОРО (Внутренняя македонско-одринская революционная организация), преобразовавшаяся в ВМРО, ставшее уже в новейшее время крупнейшей консервативно-националистической партией ВМРО-ДПМНЕ (Внутренняя македонская революционная организация — Демократическая партия за македонское национальное единство) от борьбы с турками переключилось к партизанской борьбе с сербской (а впоследствии югославской) администрацией. И именно ее боевик при поддержке хорватских организаций и германской разведки впоследствии убил в Париже югославского короля Александра I Карагеоргиевича.

Сама же идея «македонства» впервые зародилась в среде местных интеллектуалов еще на заре XX века на основе особенностей местного диалекта болгарского языка, но так и осталась их игрушкой, не распространившись дальше светских салонов и кружков. Во время мировых войн население Вардарской Македонии активно поддерживало родственных им болгар, а соответственно и немцев. Однако в конце Второй мировой войны в дело активно вмешалась политика: с одной стороны, местные коммунисты не могли быть союзниками болгарского профашистского режима хотя бы чисто идеологически, с другой — та же ВМРО-ДПМНЕ попыталась при поддержке немцев создать Македонскую республику после того, как в Софии произошел переворот, и Болгария, разорвав союзнические отношения с Третьим Рейхом, объявила нацистам войну. Хотя еще в 1928 году председатель ЦК этой организации Христо Татарчев писал: «Мы думали, что позже автономная Македония сможет легче присоединиться к Болгарии, или, если это невозможно, она должна стать объединяющим звеном в федерации балканских народов».

Вот именно ради воплощения в жизнь идеи этой федерации лидер югославских коммунистов Иосиф Броз Тито поднял на щит идею «македонской нации», даровав оной отдельную республику. Маршал мечтал объединить под собственным началом все Балканы, а, соответственно, и Македонии — Вардарскую, Эгейскую и Пиринскую. А также побольнее ударить по «сербскому великодержавному шовинизму», не дав ни малейшего шанса на возрождение монархических идей среди сербов. С первым не получилось — мощному социалистическому государству на всех Балканах воспротивился Сталин, что, в конечном итоге привело к конфликту между СССР и СФРЮ, а со вторым — вполне себе. Целые научные институты в рамках Югославии занялись «исследовательской работой», обосновывая существование македонцев как нации — в частности, предлагая теорию, согласно которой и античные македонцы были не греками, а попавшими под эллинизацию иллирийцами, с которыми впоследствии смешались прибывшие на полуостров славяне. Также, как бы это не казалось парадоксальным, с целью ослабить влияние СПЦ в Македонии при поддержке коммунистических властей была создана Македонская православная церковь (правда, и по сей день не признанная остальными православными церквями) с штаб-квартирой в духовном средневековом центре именно болгарского православия — Охриде.

После распада Югославии возникшая на её руинах независимая Македония решила въехать в дружную семью народов на античном наследии края, в частности, подняв на свой флаг Виргинскую звезду древних македонских правителей. На что получила жесткую отповедь Греции, принципы национальной политики которой не поменялись с конца XIX века: «Македония может быть только эллинской!» В итоге, в ООН славянскому государству удалось войти только как «Бывшей югославской республике Македония», убрав со своего флага Виргинскую звезду раздора.

Но этого оказалось мало. Именно в тот исторический момент, когда господство Запада над Балканами стало практически решенным вопросом, Афины заблокировали процесс интеграции северного соседа в НАТО и ЕС. Вашингтону и Брюсселю нужно было срочно решать проблему, и они занялись этим, по давно заведенной западной традиции ломая славян об колено.

Ударим по коррупции сдачей национальных интересов

Изначально ради того, чтобы сделать Скопье посговорчивее (несмотря на то, что Македония предоставила НАТО аэродромы для бомбардировок югославской территории, визит Билла Клинтона в страну сопровождался массовыми акциями протеста), как и в Югославии (Косово), так и в наследнице оной — Сербии (вооруженный конфликт в Прешевской долине) Запад на полную катушку использовал албанский фактор — в 2001 году местные албанские сепаратисты устроили маленькую войну за «независимость». И после их разгрома зачинщики конфликта не только не попали за решетку, но и при активном посредничестве Запада сели за стол переговоров с центральным правительством. После чего получили право использовать свой язык в качестве официального в тех муниципалитетах, где албанцы составляют от 25% населения, собственные моноэтнические партии в парламенте и офицера-дезертира Талата Джафери, бежавшего из македонской армии к боевикам-сепаратистам, в качестве министра обороны.

Следующим пунктом программы стало отстранение от власти самой крупной и авторитетной политической силы страны — правящей партии ВМРО-ДПМНЕ, управлявшей в стиле, присущем для большинства режимов, образовавшихся на постсоветском и постюгославском пространствах: авторитаризм, коррупция, клановость, вызывающее богатство элит и нищета простого народа (и по сей день македонцы получают самые низкие зарплаты на Балканах). И ради того, чтобы снести это режим, и был затеян небольшой майдан в Скопье во главе с социал-демократом Зораном Заевым. Переворот шел не только под лозунгами борьбы с коррупцией и за «евроинтеграцию», но и с откровенно непопулярной у славянского большинства повесткой: дать албанскому языку государственный статус, изменить национальную символику и название страны. Тогда мишенью Заева и майданщиков, в гости к которым ходили посол США и представитель ЕС, стал премьер от правящей партии Никола Груевский, который был вынужден подать в отставку после скандала, когда стало известно, что телефоны оппозиционеров прослушиваются местной прокуратурой без санкции суда. По итогам досрочных выборов СДСМ не удалось победить ВМРО-ДПМНЕ, но, ожидаемо блокировавшись с албанскими партиями, социал-демократы получили желаемое большинство и заявили о намерении сформировать правительство. И тут было уперся президент-консерватор Георге Иванов, заявивший, что ни за что не допустит до власти антинациональные силы. Но его упорства надолго не хватило, тем более что тяжелая артиллерия в виде высоких представителей ЕС, НАТО и США отстрелялась по нему призывами «не препятствовать демократическому процессу». В итоге Заев стал премьером, девять из семнадцати портфелей отдав этническим албанцам. И сумев, вопреки конституции страны (крупнейшая фракция ВМРО-ДПМНЕ в голосовании не участвовала, следовательно, кворума не было, но кого теперь волнуют подобные мелочи?) поставить спикером парламента все того же экс-дезертира и боевика Талата Джафери.

Последнее, конечно, стоило самому евроинтеграторскому социал-демократу немного помятого лица — пока шли парламентские коллизии, на улицах Скопье бушевала уже другая стихия — массовые митинги стихийно сформировавшейся гражданской платформы «За единую Македонию», выступавшей против заевских манипуляций. Узнав о том, что Джафери таки удалось протолкнуть на пост спикера, протестующие ворвались в парламент, намяли бока депутатам и самому Заеву, после чего начали петь патриотические песни. До той самой поры, пока в здание не вошла полиция и не вытеснила протестующих.

Этот неповторимый демократический стиль

Оправившись от испуга, Заев, внезапно забыв про борьбу с бедностью и коррупцией, усиленно занялся евроинтеграторством и расправой с политическими оппонентами.

Для начала коалиция парламентского большинства подготовила законопроект о придании албанскому языку государственного статуса, а затем, встретившись на озере Преспа со своим греческим коллегой Алексисом Ципрасом, Зоран Заев подписал соглашение о переименовании Республики Македония в Республику Северная Македония (что звучит вполне уместно, если помнить, что в самой Греции есть свои Западная, Восточная и Центральная Македонии, которые, по замыслу Запада, все равно, в итоге, сольются в одну в составе братских ЕС и НАТО). На это соглашение довольно жестко отреагировали в самой Греции, где в столице Эгейской Македонии Салониках прошли массовые протесты. Министр обороны страны Панос Каменос заявил, что Сорос выделил 45 миллионов евро на подкуп греческой и македонской элит, а депутат парламента от правой партии «Заря» Константинос Барбарусис призвал армию свергнуть нынешнее левацкое руководство Греции.

В самой Македонии Преспанское соглашение также встретили в штыки. Но, словно не замечая этого, Заев решил вынести вопрос на референдум, принять участие в котором македонцев начали агитировать западные политики всех мастей, начиная от покойного уже Джорджа Буша-старшего до ныне здравствующей Ангелы Меркель. В свою очередь президент Георге Иванов, ранее наложивший вето на закон о государственном албанском языке, призвал народ бойкотировать этот референдум. Что народ, собственно, и сделал: в нем приняло участие лишь 37% населения страны, и те преимущественно албанцы, так что плебисцит получился провальным. Остановило это Заева? Нет, конечно. Словно не заметив провала, он, раз глупый народ не понимает историчности момента, вознамерился провести поправку к конституции через парламент. И она, как было сказано выше, прошла.

Против же упорного Георге Иванова, срок президентских полномочий которого истекает 2 мая следующего года, прокуратура Скопье завела дело за злоупотребления. Что, видимо, настолько повлияло на македонского лидера, что в последний год своего нахождения на президентском посту он даже не стал выступать с традиционным ежегодным обращением к парламенту. Наверное, потому что знает, какая участь его ожидает в недалеком будущем: того же экс-премьера Николу Груевского уже приговорили к двум годам за покупку представительского автомобиля для нужд македонского руководства. В последний момент экс-премьер успел бежать в Венгрию, которая вопреки запросам Скопье, предоставила-таки ему политическое убежище. А вот его родственнику, экс-главе Управления безопасности и контрразведки Мишо Миялкову повезло меньше: буквально на днях он был арестован по делу о коррупции, хотя изначально его обвиняли только в организации все той же прослушки оппозиционных телефонов (это дело против него ведется параллельно). Помимо него самого, по этому делу арестованы еще пять человек.

Также не повезло экс-министру транспорта и связи Миле Янакиескии в прошлом генеральному секретарю македонского правительства Кириллу Божиновски, которых тоже арестовали по обвинению по обвинению в «коррупции» и «злоупотреблении полномочиями». Арестовали, как было сказано в официальных релизах, из-за опасения, что они повторят опыт Груевского и скроются в сопредельных государствах.

И, наконец, ещё раньше не повезло участникам того памятного налета на парламент, состоявшегося 27 апреля 2017 года и получившего в местной прозападной прессе название «кровавого четверга» (еще бы, Заеву же тогда расквасили нос!) Практически через полгода, 28 ноября, по личному указанию министра внутренних дел Оливера Спасовски по стране прошли массовые аресты активистов, в том числе и депутатов, которых стражи правопорядка не имели права арестовывать из-за иммунитета. Но в стране победившей демократии в наши дни возможно все. Сейчас на скамье подсудимых на этом процессе представлены как депутаты, так и люди других профессий, включая оперного певца — всего 33 человека. Двоим из подсудимых вменяют «подстрекательство к беспорядкам», всем остальным — «террористическую угрозу конституционному порядку».

Самое интересное, что ВМРО-ДПМНЕ уже выступала с инициативой в парламенте об амнистировании политических заключенных и примирении. И инициатива эта была принята, и даже создана парламентская комиссия, в которую, правда, представителей оппозиционной партии почему-то не позвали… И министр юстиции страны Рената Деоскоска уже сказала, что примирение — это, конечно, хорошо, но не с теми, кто представляют угрозу демократии. А сам Зоран Заев разразился спичем, что, мол, те, кто не избивали и не подстрекали, безусловно будут прощены, а комиссии еще предстоит определить, кто что выкрикивал, и кто бил, а кто не бил…

Так, что, похоже, парламентским драчунам не светит ничего хорошего. Они же, в конце концов, не албанцы, с оружием в руках убивавшие македонских солдат, как тот же Талат Джафери или глава албанской партии ДУИ Али Ахмети.

Пока македонские парламентеры решали за народ вопрос о переименовании страны, оппозиционеры на улицах Скопье выходили со старыми неполиткорректными флагами с виргинской звездой (на нынешних красуется солнце, что делает их похожими на знамёна Японской империи), требовали отставки «заевцев», интересовались, где же обещанное повышение уровня жизни и экономические успехи, жгли текст Преспанского соглашения и программу Социал-демократического союза. А также устраивали пикеты против загрязнения воздуха в Македонии — по последним данным, 22% смертей в стране связаны именно с этой проблемой.

Но заевское руководство привычно игнорировало уличные акции оппозиционеров. Что и понятно: на днях Европарламент большинством голосов проголосовал за то, чтобы начать переговоры о вступлении уже «Северной Македонии» в ЕС в июне 2019 года. Важная веха в истории, как ни крути, не позволяющая отвлекаться на какие-то там мелочи.

Алексей Топоров

eadaily.com