Балканский провал: Меркель и Макрону не удалось помирить сербов и косоваров

11.05.19 | 15:23

Попытка немцев и французов вернуть за стол переговоров Сербию и Косово не увенчалась успехом. После Западнобалканского саммита в Берлине проблем в регионе только прибавилось.

Саммит в Берлине по проблемам Западных Балкан, организованный Ангелой Меркель и Эмманюэлем Макроном, закончился провалом. Франции и ФРГ не удалось уговорить косовских албанцев снять тарифы с сербских товаров. Неудача углубила и усилила целый клубок противоречий: между Берлином и Парижем с одной стороны и Брюсселем — с другой; между Меркель и Макроном, проблем в косовском руководстве и, конечно, между Сербией и Косово.

Хотели как лучше…

Внешняя политика — ахиллесова пята объединенной Европы. В отличие от экономики особыми достижениями на международной арене Старый Свет похвастаться не может. Так же как в случае с Германией, наблюдается явное несоответствие между экономическим весом и авторитетом в сфере геополитики.

Последние пять лет европейская дипломатия, возглавляемая итальянкойФедерикой Могерини, не блистала. Одним из примеров недостаточного профессионализма если не всех европейских дипломатов, то как минимум их руководства является уже ставшая почти вечной балканская проблема, ставшая причиной уже одной мировой войны. Балканы не зря называют пороховой бочкой Европы. Сейчас главная проблема полуострова сместилась на запад. На западе Балкан уже не первое десятилетие продолжается противостояние между Сербией и Косово, при помощи Запада объявившим в 2008 году в одностороннем порядке о своей независимости.

Независимость Косово признали десятки государств. Однако даже в Европе у косоваров немало проблем. Даже без учета Сербии, считающей Косово мятежной отколовшейся провинцией, и поддерживающей ее России, у Приштины проблемы еще с пятью членами Евросоюза. Косово уже десять лет не признают Испания, Греция, Кипр, Словакия и Румыния. Причина непризнания простая — в перечисленных странах имеются свои регионы и провинции, требующие независимости. Признание Косово независимым государством равносильно для них согласию на раскол их собственных стран. Наиболее взрывоопасна проблема сепаратизма в Испании, где отделиться от Мадрида хотят сразу два крупных региона — Каталония и Страна Басков.

Для сербов Косово, несмотря на преобладающее там сейчас албанское население, остается исторической родиной и главной составляющей их исторического наследия. Миллионы граждан Сербии до сих пор с горечью вспоминают интервенцию и бомбардировки НАТО в 1999 г. Согласно опросу социологической компании Ninamedia, более 80% сербов готовы отказаться от вступления в Евросоюз, если для этого понадобится признать независимость Косово. Почти половина опрошенных (45%) считают, что Сербия еще не потеряла Косово. 55% уверены, что правительство Сербии ни в коем случае не должно признавать Косово независимым государством.

Нынешний президент Сербии Александр Вучич в девяностые годы прошлого века был министром информации и занимал националистическую позицию. Правительство Сербии он возглавил в 2012 году. С тех пор Вучич ловко балансирует между Россией и Западом: говорит о стремлении вступить в ЕС, но сохраняет при этом тесные отношения с Москвой. У него сложились дружеские отношения с Владимиром Путиным, с которым он встречался более десяти раз и который наградил его орденом Александра Невского за личный вклад в развитие многолетних близких отношений между Россией и Сербией.

Александр Вучич, по крайней мере, сейчас отказывается признавать независимость Косово. Белград в этом вопросе возлагает большие надежды на помощь Москвы и Пекина, которые препятствуют признанию Косово международными организациями.

Россия со своей стороны пытается противодействовать дальнейшему распространению влияния ЕС на Балканах и стремится усилить свое влияние в регионе при помощи инвестиций, поддержки и сотрудничества в военной сфере и другими средствами.

Неожиданно вспомнили о Западных Балканах

В Брюсселе после Балканских войн явно забыли о полуострове и особенно его западной части, две страны которой — Хорватия и Словения — к тому же уже вступили в ЕС. Напомнили объединенной Европе о регионе Россия, которая где-то к концу нулевых вспомнила о своих исторических и стратегических интересах в регионе, Китай, стремящийся сделать его одним из плацдармов для проникновения в Европу, и Турция. Европейская дипломатия, конечно, неоднократно пыталась помирить сербов и косоваров, но все ее усилия на данный момент оказались безрезультатными.

Главным орудием Брюсселя как в борьбе с растущим влиянием России и КНР на Западных Балканах, так и с незатухающим конфликтом между Сербией и Косово является стремление западнобалканских стран вступить в ЕС. Согласно имеющейся у Еврокомиссии (ЕК) дорожной карте по очередному расширению ЕС на восток, первыми в ЕС могут вступить уже в 2025 году, правда при соблюдении ряда условий, Сербия и Черногория. Перспективы Албании, Боснии и Герцеговины и Северной Македонии выглядят туманными, а о Косово в дорожной карте вообще не упоминается.

«Вступление в Евросоюз намного больше, чем просто технический процесс, — говорится в дорожной карте. — Это выбор поколений, основанный на фундаментальных ценностях, которые должна энергично внедрять каждая страна региона. Речь идет о принципах в самых разных сферах, начиная от проведения внешней политики и заканчивая тем, как детей учат в школах».

Брюссель явно намерен держать Сербию и Черногорию на коротком поводке. Главные условия для их вступления в ЕС не отличаются от тех, что выдвигались ранее для других стран Восточной Европы. Например, Болгарии и Румынии. Однако, кроме привычных коррупции и преступности, на Западных Балканах имеются свои нюансы. Брюссель требует от них отдалиться от России и полностью перейти под влияние Запада. У Черногории, в прошлом году вступившей в НАТО, с этим все более-менее в порядке. Перетянуть Сербию в западный лагерь сложнее, но, как показывает исторический опыт, вполне возможно. Белграду все труднее лавировать между Москвой и Брюсселем. В конце концов сербам придется делать выбор. Предсказать, каким он будет, непросто, несмотря на давние исторические связи между Россией и Сербией.

Ящик Пандоры

Главным условием вступления в Евросоюз для Сербии является нормализация отношений с Косово. Пока руководству Сербии убедить соотечественников признать независимость их исторической родины не удается. В прошлом году появилась очень спорная идея обмена территориями, по которой Приштина передает Белграду северные районы с преобладающим сербским населением, а сербы в свою очередь отказываются от районов на юго-западе, где больше албанцев. После обмена территориями Белград по плану признает Косово и снимает возражения против его вступления в ООН. Косово, со своей стороны, обеспечивает защиту средневековым сербским монастырям и остающемуся в республике сербскому населению.

Еврокомиссия в лице верховного комиссара ЕС по иностранным делам и вопросам безопасности Федерики Могерини, а также Париж и Вашингтон идею обмена в целом поддерживают. Например, в аналитической записке, составленной по поручению заместителя Госсекретаря США по европейским делам Уэсса Митчелла, подчеркивается, что Косово может стать плодородной почвой для разгула преступности и развития радикальных элементов.

На бумаге все выглядит очень даже неплохо, но у плана обмена территориями есть и противники. Причем не только среди патриотично настроенного населения Сербии и Косово, которое наотрез отказывается передвигать границы. Против обмена территориями выступают и ряд европейских стран, например Берлин. Штеффен Зайберт, пресс-секретарь Меркель, сравнил его с «открытием ящика Пандоры», а бывший глава МИД Швеции Карл Бильдт, большой специалист по Балканам, которыми он «занимается» треть века, назвал обмен территориями «рецептом геополитической нестабильности».

Обращает на себя внимание «плохая память» Берлина. Выступая сейчас за незыблемость границ на Балканах, в Германии явно «забыли», что именно немцы сыграли едва ли не ключевую роль в ускорении развала Югославии, первыми признав в 1991 году независимость Хорватии и Словении.

Главное возражение противников обмена территориями состоит в том, что изменение границы в одном месте в большинстве случаев влечет схожие изменения во всем регионе. Допускать же это на Балканах, естественно, ни в коем случае нельзя. Самая проблемная в этом отношении страна — Македония, с недавних пор называемая Северной Македонией, где тоже много албанцев. Их отделение вполне может закончиться кровопролитной войной. Схожая картина и в Боснии и Герцеговине, где мечтает отделиться район, в котором преобладают сербы.

Одни разногласия и никаких предпосылок для компромисса

Разочарованные неспособностью Могерини помирить сербов и косоваров, процесс замирения Балкан решили взять в свои руки европейские тяжеловесы. Федеральный канцлер ФРГ Ангела Меркель и президент Франции Эмманюэль Макрон, похоже, очень надеялись развить недавний успех замирения Македонии и Греции, несколько десятилетий споривших из-за названия бывшей республики Югославии. Так родилась идея провести в самом конце апреля в Берлине Западнобалканский саммит. В немецкую столицу, кроме Макрона и замещавшей Жана-Клода Юнкера Федерики Могерини, приехали главы государств и правительств Албании, Боснии и Герцеговины, Хорватии, Черногории, Северной Македонии, Сербии и Косово. Кроме отношений между Сербией и Косово, саммит должен был рассмотреть вопрос и членства государств региона в ЕС.

Отношения между Косово и Сербией еще больше обострились в ноябре прошлого года, когда Приштина в ответ на блокировку Белградом вступления Косово в Интерпол ввела 100-процентные тарифы на все сербские товары. Сербы немедленно отказались участвовать в проводимом под эгидой ЕС диалоге. В качестве обязательного условия для своего возвращения за стол переговоров Белград поставил отмену тарифов.

Напряжение накануне саммита достигло такого уровня, что многие дипломаты сомневались в целесообразности его проведения. Встречи на таком уровне в подавляющем большинстве случаев тщательно планируются. Подготовка к ним обычно начинается задолго до их начала, а на самих встречах лидеры формально подписывают уже согласованные после многомесячной работы документы.

Дополнительным стимулом для участия в подобных мероприятиях маленьких стран является то, что они помогают их лидерам оказаться в центре внимания мировой общественности. Нередко такая возможность заставляет их идти на компромиссы.

Саммит в Берлине еще до своего начала обещал быть очень трудным. Лидеров главных экономик Европы ждало большое разочарование. Встреча, которая была призвана сфокусировать всеобщее внимание на интересах ЕС на Балканах, быстро погрязла в трясине споров между Белградом и Приштиной и вызвала справедливую критику и упреки в том, что вместо улучшения ситуации франко-германская дипломатия все только ухудшила.

На какое согласие сторон можно было надеяться, если согласия не было даже в косовской делегации. Часть косоваров во главе с президентом Хашимом Тачиподдерживает определенный компромисс в вопросе тарифов. Однако последнее слово остается за премьер-министром Рамушем Харадинаем. Премьер, в прошлом влиятельный полевой командир, дважды оправданный Гаагским трибуналом в массовых убийствах косовских сербов во время этнических чисток, сейчас в оппозиции. Он наотрез отказывается отменять тарифы на сербские товары до тех пор, пока Белград формально не признает независимость Косово.

Во время перерыва в работе явно зашедшего в тупик саммита Меркель и Макрон отвели Харадиная в сторону и попытались уговорить его хотя бы на шесть месяцев отменить тарифы, чтобы возобновить переговорный процесс и получить возможность достичь хоть какого-то соглашения. В качестве «морковки» они предлагали безвизовый въезд для косоваров в Шенгенскую зону. Увы, все уговоры «тандема Меркрон» оказались тщетными.

Ангела Меркель напрасно тратила свое красноречие, объясняя важность компромиссов и терпения в европейской политике. Ничего не дал и ее пример воссоединения Германии, который мало кто считал возможным буквально накануне падения Берлинской стены.

«Я не хочу ждать двадцать лет», — просто ответил на этот довод Рамуш Харадинай.

Эмманюэлю Макрону не помогла ставшая его визитной карточкой порывистость, которой он нередко умело пользуется для достижения нужных целей. После того как Меркель развела руки в стороны, признавая поражение, он отвел для приватного разговора косовара, который научился бегло говорить по-французски во время работы в Швейцарии вышибалой в девяностые годы прошлого века.

«Вы не в том положении, чтобы ставить условия и что-то требовать!» — вспылил Макрон, который привлек громким голосом внимание остальных участников саммита, расположившихся на балконе канцелярии.

Но и разговор по-мужски, на который, очевидно, рассчитывал французский лидер, ничего не дал. Харадинай стоял на своем и требовал от Белграда признания независимости Косово.

Перспективы согласия в тумане

В конце концов убедившись, что ситуация возникла тупиковая, Ангела Меркель и Эмманюэль Макрон решили работу саммита завершить. В совместном франко-немецком заявлении, распространенном канцелярией Меркель, говорится о согласии Сербии и Косово на «конструктивную» работу для нормализации отношений между двумя странами, но нет ни одного упоминания и даже намека на возобновление замороженных Белградом переговоров.

Упорство премьера объясняется поддержкой, которую его непримиримая позиция имеет в стране.

«Такая позиция сделала его очень популярным в Косово», — объясняет ситуацию аналитик Немецкого совета по международным отношениям (DGAP) Милан Ник.

Весь вопрос заключается сейчас в том, как долго он сумеет ее сохранять. Меркрон, конечно, намерен усилить давление на Харадиная. Они уже договорились о проведении еще одного Западнобалканского саммита, который, наверное, справедливее было бы назвать «сербско-косовским». Саммит в Париже намечен на начало июля. Так что у Меркель и Макрона еще есть два месяца на то, чтобы «уломать» несговорчивого косовского премьера.

При этом остается открытым вопрос с Сербией. Большинство политологов сходятся во мнении, что если она и согласится признать независимость Косово, то произойдет это не раньше процесса вступления ее в ЕС.

Вашингтон, так же как Брюссель, давит сейчас на Косово и требует отменить тарифы. Об этом заявил на встрече в Берлине с косовской делегацией перед открытием саммита Ричард Гренелл, посол США в ФРГ.

Возможно, единственный вопрос, по которому мнения косовских политиков совпадают, — это активизация участия в миротворческом процессе Соединенных Штатов. В Вашингтоне, не исключено, попытаются продавить обмен территорий. Рамуш Харадинай, который, как нетрудно догадаться, категорически возражает против любого изменения границ, заявил после саммита журналистам, что предложение (обмен территориями) снято с повестки дня. Однако остальные участники встречи в Берлине отрицали это.

«Без США никакой диалог, никакие переговоры или соглашение невозможны, — высказал корреспонденту Reuters в Берлине свою точку зрения на ситуацию Тачи. — ЕС в этом вопросе разобщен и не имеет единой позиции».

Ангела Меркель и Эмманюэль Макрон, скорее всего, пожалели о своей самонадеянности вскоре после начала саммита в Берлине. Вместо того чтобы представить всему миру прорыв в решении одной из сложнейших проблем современности, они только выставили напоказ недееспособность как европейской, так и теперь франко-немецкой дипломатии. Западнобалканский саммит в Берлине не только еще раз четко обозначил разногласия между Косово и Сербией, но и подчеркнул разногласия между Парижем и Берлином, а также между членами ЕС и европейской дипломатией, которая часто совершает грубые ошибки.

Единственным довольным участником саммита, пожалуй, можно в какой-то мере считать отдохнувшую и загорелую после пасхальных каникул Федерику Могерини. Она, по крайней мере, доказала неоднократно критиковавшим ее немецким и французским политикам и дипломатам, что помирить Белград и Приштину непросто.

Сергей Мануков

eadaily.com