Армянская АЭС и геоэкономические интересы России

13.05.19 | 13:04

Сегодня в мировом энергобалансе удельный вес атомной энергетики доходит почти до 20%, что свидетельствует о ее ключевом значении в обеспечении глобальной энергетической безопасности. При этом в ряде ключевых экономик мира атомная энергетика занимает доминирующее положение, обеспечивая высокий уровень энергетической независимости, что можно рассматривать как важный стратегический ресурс государства, позволяющий повысить уровень его энергетического суверенитета. Именно в этом контексте и следует рассматривать проблемы влияния «мирного атома» на международные отношения.

Наличие атомной энергетики, обеспечивающей сегодня весьма низкую по себестоимости генерацию, позволяет государству наращивать экспорт электроэнергии, вкладываться в строительство электроэнергетических инфраструктур, инициировать формирование международных энергокоридоров. Последнее непосредственно сказывается на уровне экономической интеграции государства, что, если мыслить в категориях неофункционализма, приводит также к развитию международного политического диалога. И в этом смысле развитие атомной энергетики в Армении является абсолютной необходимостью, иначе интеграция республики в международный электроэнергетический коридор «Север — Юг» (Иран — Армения — Грузия — Россия) с учетом трансформации структуры энергорынков региона окажется под большим вопросом. Сегодня мы уже наблюдаем за первыми негативными тенденциями, сводящимися преимущественно к понижению доли производимой в Армении электроэнергии на внешних рынках, особенно в Грузии и Иране, что коррелируется с динамикой соответственно армяно-грузинских и армяно-иранских отношений.

Сегодня двое из соседей Армении реализуют проекты по развитию «мирного атома». Это уже запущенная АЭС в иранском Бушере и турецкая АЭС «Аккую». Первая была запущена в 2011 году и пока является единственной АЭС на Ближнем Востоке. При этом «Росатом» уже приступил к строительству «Бушер-2», и если первый блок был запущен с целью сократить дефицит электроэнергии в Иране, то второй позволит активизировать экспорт в разных направлениях, что начиная с 2018 года является неотъемлемой частью иранской внешнеполитической стратегии. Важно оценить эти процессы с точки зрения энергетических интересов Армении. Традиционно Ереван рассматривает Иран в качестве потенциального рынка сбыта армянской электроэнергии.

С запуском газопровода Иран — Армения между нашими странами осуществляется бартерная торговля по формуле «3 кВт/ч электроэнергии за 1 куб. м газа» — формат, который сегодня уже имеет для иранской энергетики во многом символическое значение. За последние годы Тегеран существенно нарастил энергетические мощности, что позволило ему сократить энергодефицит и самому начать позиционирование в качестве экспортера. Казалось бы, строительство новой высоковольтной линии Армения — Иран должно было привести к активизации экспорта из Армении, однако сегодня проект реализуется с серьезными задержками и готов всего на 10−15%, хотя и должен был быть сдан зимой 2018−2019 года.

Тем временем Азербайджан начиная с января 2018 года заявляет о строительстве альтернативного электроэнергетического коридора «Север — Юг» по своей территории, создает для этого межправительственную рабочую группу и начинает осуществлять с Ираном взаимоперетоки в объеме примерно 80 МВт. Конечно, не все так безоблачно, как может показаться: серия блэкаутов в азербайджанской энергосистеме летом 2018 года продемонстрировала низкий уровень энергобезопасности и, следовательно, невозможности выступать в качестве надежного поставщика.

Что касается «Аккую», то станция нацелена на сокращение энергодефицита в Турции и обеспечение устойчивого энергоснабжения. Обращаясь в связи с этим к интересам Армении, вспомним пресловутую «футбольную дипломатию», в наиболее эйфорический период которой между Арменией и Турцией было подписано соглашение о поставках армянской электроэнергии на турецкий рынок. Конечно, замораживание «цюрихских протоколов» и дальнейшая радикализация турецкой внешнеполитической парадигмы привели к аннулированию соглашения. Параллельно было активизировано строительство энергомоста Азербайджан — Грузия — Турция, ныне уже функционирующего.

В целом с учетом высокой себестоимости производимой электроэнергии Армении все сложнее будет занять устойчивую нишу на внешнем рынке, особенно иранском, во избежание чего уже сегодня необходимо принимать системные меры. Начать, пожалуй, необходимо с формирования новой стратегии энергетической безопасности Армении, ибо действующая была утверждена еще в 2011 году и сегодня отнюдь не отвечает вызовам региональной интеграции. При этом важно отметить, что отсутствие министерства энергетики и природных ресурсов в новой структуре правительства Армении во многом ограничивает ресурс выработки собственной концепции энергобезопасности. Не случайно, что сегодня программа развития энергетического комплекса Армении формируется со стороны Агентства США по международному развитию (USAID).

Можно в целом констатировать, что наращивание экспорта путем понижения себестоимости генерируемой электроэнергии позволит повысить уровень энергетической безопасности Армении и создать условия для социальноориентированной энергополитики внутри страны.

Ядерная геополитика

Традиционно Армянская (Мецаморская) АЭС играет важную роль в формировании дискурса российско-армянских и армяно-европейских отношений. При этом ядерная энергетика представляет собой сферу, в которой столкновение между Россией и ЕС будет иметь перманентный характер. Нападкам со стороны ЕС подвергается и АЭС «Аккую», и венгерская АЭС «Пакш», и болгарская «Белене» и многие другие проекты, реализуемые при участии или поддержке Москвы. Армянская АЭС не будет составлять исключение. Одним из ключевых положений подписанного в ноябре 2017 года Соглашения о расширенном и всеобъемлющем партнерстве между Арменией и ЕС стало требование о поэтапной консервации Армянской АЭС. Как известно, стороной договора выступила также организация «Евроатом». Во второй главе соглашения «Энергетическое сотрудничество, включая ядерную безопасность» указывается, что сотрудничество между сторонами договора должно включать «закрытие и безопасный вывод из эксплуатации Армянской АЭС и скорейшее принятие дорожной карты или плана действий с учетом необходимости заменить её новыми мощностями для обеспечения энергетической безопасности и устойчивого развития Республики Армения».

Важно отметить, что еще в 2015 году Россия предоставила Армении кредитные средства в размере $ 270 млн с целью продления срока действия АЭС на 10 лет. В связи с этим периодические заявления представителей ЕС, призывающих Ереван выбрать дискриминационную модель ядерной энергетики, свидетельствуют в целом об игнорировании национальных интересов Армении. Национальный интерес очевиден, поскольку для продления жизни АЭС Армения привлекла кредит, покрытие которого будет осуществляться армянским налогоплательщиком. Более того, по предварительным подсчетам, покрытие российского кредита с годовой 3,5%-й ставкой повысит цену на производимую на АЭС электроэнергию примерно на 2 драма. С другой стороны, согласно закону РА об энергетике, ядерная энергетика является государственной монополией. При этом больше, «Евроатом» имеет право выдвигать требования по консервации лишь в странах — членах ЕС. У организации нет таких полномочий даже в отношении стран, подписавших соглашение об ассоциации с ЕС. Словом, «Евроатом» может лишь озвучивать политические призывы, которым Армения может либо следовать, либо нет.

Экспорт электроэнергии и интересы России

В целом важно понимать, что без АЭС Армения не будет в состоянии обеспечить устойчивый экспорт электроэнергии на внешние рынки. Еще в 1960-х годах, при проектировании армянской энергосистемы, АЭС рассматривалась как основа ее безопасности, что в 1970—1980-е годы позволило республике стать гарантом надежного энергоснабжения всего Закавказья в рамках объединенных сетей. Более того, эта модель позволяла Москве претендовать на экспорт генерируемой в Армении электроэнергии в Сирию и Ирак. Развал Советского Союза приостановил данный процесс. Однако модель профицитной и экспортоориентированной энергосистемы сохранилась по сей день, что было бы немыслимо без АЭС. К сожалению, в настоящее время в Армении не сформировано окончательное концептуальное видение будущего атомной энергетики: каждое новое правительство предлагает свои подходы, которые в целом имеют лишь риторический характер.

При этом экспорт электроэнергии на рынки Ближнего Востока через иранские инфраструктуры может выступить в качестве ключевой компоненты геоэкономической стратегии Армении в долгосрочной перспективе. Для реализации этой стратегии Еревану сегодня необходима геополитическая поддержка партнеров и прежде всего России, которая с учетом своего присутствия на армянском энергетическом рынке, а также укрепления своих позиций на Ближнем Востоке может стать бенефициаром данного проекта. И в этом смысле участие Москвы не только в текущей модернизации энергоблока, но также в разработке и реализации долгосрочной стратегии развития ядерного комплекса Армении имеет ключевое значение.

Ваге Давтян, соучредитель партии «Одна Армения», кандидат политических наук, доцент

eadaily.com