Андрей Макаревич: Мы существуем где-то между времен

10.09.22 | 13:12

Музыкант, лидер рок-группы «Машина времени» Андрей Макаревич приехал в Армению для участия в международном фестивале науки и искусства «Starmus VI. 50 лет на Марсе».

Макаревич уже успел спеть на одном из концертов фестиваля, послушать некоторые научные лекции, побывать в древнейшей часть Еревана и продегустировать местное вино.

Народный артист России, а с 2 сентября - по совместительству «иностранный агент» в этой же стране, поделился своими мыслями о науке и музыке, о войне, мире и поэтах.

Starmus – это страшно интересно

Этот фестиваль страшно интересен, потому что никто такого не делал. Просто музыкальных фестивалей в мире огромное количество и они во многом похожи друг на друга. Научных встреч тоже много и, как правило, они для узкого круга специалистов.

Здесь я поражен тем, что на лекциях сидит огромное количество людей. Им это интересно, они пришли, у них есть такая возможность. Это очень здорово.

Самое яркое впечатление от какой-либо поездки обычно всплывает спустя какое-то время, когда ты уже уехал. Часто, это какие-то совершенно неожиданные вещи, не те, которые ты ожидал вспоминать. Но вообще, от Армении, от фестиваля, от организаторов, от Брайана Мэя у меня останутся очень теплые ощущения.

Парижская атмосфера вечернего Еревана

В Армении у нас мощнейшая культурная программа. Мы уже посмотрели крепость Эребуни, это древнейшая столица и одно из древнейших мест мира. Вообще здесь чудесно. Центр Еревана вечером - это такой Париж, большое количество заведений, сидят красивые молодые люди. В этом есть чудесная атмосфера. Прозрачные витрины, все видно насквозь, это кайф.

Многие армянские вина меня порадовали

Андрей Макаревич и его супруга в Израиле занимаются виноделием и производят вино под собственным брендом.

Мы дегустируем местные вина каждый день и это интересно, потому что если с коньяками я был знаком давно, то многие вина меня порадовали. Эта история, мне кажется, во многом похожа с Израилем. Я вижу много неизвестных мне наименований и это наверняка какие-то маленькие дома, которые делают небольшие тиражи вина. Израиль сейчас делает шаги по популяризации своего вина в мире и постепенно это происходит. Думаю, что и с армянскими винами это произойдет, для этого есть все условия.

Нельзя идти по пяти дорогам сразу

Я интересуюсь всем интересным, в том числе и наукой, в той степени, в которой она может завтра повлиять на жизнь.

В детстве я хотел быть биологом, мечта изменилась, потому что нельзя идти по пяти дорогам сразу, я и так делаю слишком много всего разного. Как-то давно мы с Юрой Шевчуком разговаривали, ему не нравилось, что я занялся телевизионной программой «Смак». Во-первых, с его точки зрения это было «не рок-н-ролльно», во-вторых, это как бы отнимало у меня силы и время от музыки. Я ему пытался объяснить, что занимаясь чем-то другим, я получаю информацию, энергию и какие-то мысли для того, чтобы возвращаться к песням и писать что-то новое. Я бы закис, если бы каждое утро брал гитару и думал – «сейчас сочиню что-то новое». Ни черта ты не сочинишь! Но, может, просто люди по-разному устроены.

О переезде в Израиль

Все было очень просто. Мы ждали рождения сына и за три недели до его рождения переехали в Израиль, потому что планировали, что он родится там. Это совершенно не было связано со «спецоперацией», которая началась позже. Я ни от чего не сбегал. В Израиле я чувствую себя очень хорошо, родился сын, все замечательно и сейчас мы живем там.

Возвращаться в Россию в ближайшее время я не планирую. Обидно, что там нам не дают играть? Конечно, неприятно, это абсолютная глупость. Но сегодня ситуация такая - если гражданин страны высказывает несогласие с тем, что происходит, он уже преступник, за это сажают в тюрьму. Как можно существовать в такой обстановке? Мне кажется – если гражданин страны с чем-то не согласен, это самое нормальное, что может быть на свете, потому что это единственный способ двигаться дальше.

«Титул» иноагента

Я надеюсь, все прекрасно понимают, и это применительно к любому человеку, который получил это «высокое звание», что оно не имеет никакого отношения ни к «ино» не к «агенту». Это очередной плевочек от власти, которым они хотят унизить того, кто им не угоден. Но я с этой властью давно живу, так что не в первой. Потрясения не испытал.

Быть в «черном листе» противно, что тут хорошего?

Любое безумие, рано или поздно кончается, оно не может длиться вечно. Я на это очень надеюсь.

Взять и прекратить – вот решение

На данный момент я не вижу решения или выхода из ситуации. К сожалению, я лично на эти процессы просто одним щелчком повлиять не могу. Взять и прекратить – вот решение. Но от того, что я это говорю, вряд ли что-то произойдет.

В этой ситуации я пытаюсь делать свое дело и стараюсь делать его хорошо. Могу точно сказать, что я начал им заниматься в золотую эпоху рок-н-ролла и вся эта музыка никогда не была за войну, она всегда была за мир. Я с этой дороги не сворачивал.

Форма вынужденного существования

Если вы думаете, что в советские годы период underground-музыки был каким-то сладким временем, это не так. Поверьте, мне бы не хотелось повторения, но новый underground будет. Музыкантов будут отлавливать, будут сажать и ничего хорошего в этом нет. Это форма вынужденного существования.

В СССР все было достаточно медленно, спокойно и уверенно с обеих сторон. Музыканты знали, что ждать в определенных ситуациях, власть, в общем-то знала, что ждать от музыкантов. Резких «чудес» не случалось. Сегодня никто не знает, что будет завтра – ни власть, ни музыканты.

Мы где-то между времен

Музыка меняла сознание людей. Такое происходит в истории общественного сознания и мы не всегда знаем, почему это возникает и почему прекращается. Например, в 60-е годы в России поэты собирали стадионы, сейчас это даже представить невозможно. Что происходило с сознанием людей тогда? Сегодня поэзия не стала хуже, просто к ней перестали так относится, в этом плане она почему-то перестала вибрировать, хотя люди пишут не хуже и про то же самое.

С музыкой та же история. Мы с женой спорим: она считает, что Бобу Дилану незаслуженно дали Нобелевскую премию по литературе, а я считаю, что заслуженно. Потому что он был тем человеком, который своей бардовской поэзией перевернул общественное сознание. Есть люди, которые продолжают писать такие песни, просто сегодня это не работает. Я пока не знаю, что сегодня может сработать. Пока мы существуем где-то между времен.

Поэт не ведет народ на баррикады или против баррикад

Вообще-то, поэт, как правило, несчастное существо, чьими устами говорит другой разум, ангелы, говорит небо. Настоящий поэт далеко не всегда выбирает про что ему написать стихотворение. Ну сяду я сейчас и напишу стих про войну – говно получится, получится газета «Правда». Это в общем-то не регулируется сознанием, как я считаю, поэтому ждать от поэта, что он станет каким-то трибуном, который поведет народ на баррикады или против баррикад... Как правило, это не очень хороший поэт. Хорошие поэты все таки занимаются поэзией.

Рок-н-ролл жив?

Я слушаю огромное количество самой разной музыки, но из какого-то современного рок-н-ролла, если он есть вообще, не слушаю ничего.

Далее на Медиамакс