Депутат Европарламента считает интерес ЕС к Армении естественным и геостратегическим

02.10.24 | 15:19

Интерес Европейского Союза к Армении является естественным и геостратегическим, что может привести к очень позитивному развитию. Такое мнение в беседе с корреспондентом Арменпресс в Брюсселе выразил депутат Европарламента от Литвы Пятрас Аустревичюс.

В интервью депутат Европарламента коснулся перспектив отношений ЕС-Армения, возможной роли ЕС в процессе регулирования армяно-азербайджанских отношений и вероятной политической позиции Совета Европы в преддверии COP29.

- На фоне событий вокруг Нагорного Карабаха и напряженности в отношениях Армении и России ЕС пытается быть более активным игроком на Южном Кавказе. Как Вы интерпретируете это решение?

- Во-первых, я вижу, что ЕС играет несколько большую роль не только на региональном, но и на глобальном уровне. Стать глобальным игроком – большие амбиции даже со стороны г-на Борреля, и это часть сценария. Во-вторых, самофокусирование не за горами. Бассейн Черного моря расположен по соседству с нами.

У нас есть определенная история сотрудничества, не обязательно больших достижений, но некоторые государства-члены все еще предпринимают большие попытки развивать более тесные отношения. И я думаю, что Европа имеет многообещающие перспективы для наших соседей, пока они соответствуют критериям членства.

Это заключительный этап отношений. Но между ними есть много-много других этапов и других путей развития сотрудничества. Вот почему я думаю, что этот интерес является естественным, геостратегическим, особенно после 2022 года, когда мы видим все более разрушительную роль России по соседству с нами. Это то, что нам нужно понять и на что реагировать.

- Шарль Мишель тоже пытался быть посредником... С реалистической точки зрения, что нужно и что может сделать ЕС для стабильности и мира на Южном Кавказе? Потому что, когда ровно год назад произошла этническая чистка армян Нагорного Карабаха, ЕС был зрителем.

- Мы не были готовы к такому сценарию. Будем честны, это была операция военными средствами, превосходившими любые возможности ЕС на тот момент. Я имею в виду ту ситуацию на месте, в которой мы оказались, а не ту ситуацию, к которой готовились.

Позицией ЕС должно стать изменение отношений между Арменией и Азербайджаном к лучшему. Я думаю, мы должны придерживаться очень четкой линии: никакого военного решения, только мирные переговоры, а затем выполнение условий, согласованных обеими сторонами.

Я считаю, что мы должны заявить и придерживаться нашей линии: никакого военного вмешательства, никакой военной силы, никаких угроз. У нас есть средства для обеих сторон, даже для Азербайджана. Азербайджан сильно зависит от поставок в Европу. Азербайджан может многое потерять, если из-за их решений мы займем невыгодную для него позицию.

Я бы использовал этот инструмент переговоров до конца, чтобы добиться мирной ситуации на Южном Кавказе. Вы знаете принцип: когда дерутся двое, побеждает третий. ЕС никогда не побеждает в борьбе между ними. Если эти двое будут сражаться, Россия победит. Нужно ли нам больше российского присутствия на Южном Кавказе? Я думаю, что за эти 30 лет мы никогда не видели Россию настоящим миротворцем.

Они пытались, так сказать, принести мир, но так и не принесли мира. Они принесли разногласия и следующую эскалацию. Это был вопрос времени, когда наступал подходящий момент, россияне играли за ту или иную сторону, стравливая их друг с другом. Вот почему, если двое будут сражаться, ЕС не побеждает. Я считаю, что мы должны быть очень серьезными и, используя все доступные инструменты, обеспечивать соблюдение этого принципа.

- Вы говорили о поставках газа. Точно так же украинская война привела к энергетическому кризису и дефициту энергии для ЕС. Отвергнув российский газ, Европа нашла альтернативу в Азербайджане, в стране, известной своим недемократическим поведением, где нет верховенства закона. Насколько вы считаете такую альтернативу приемлемой, учитывая, что ЕС критикует Беларусь и Россию по одним и тем же вопросам? Более того, многие специалисты выяснили, что газ, поступающий из Баку, принадлежит российским компаниям.

- Это была альтернатива, но не более. За два года она исчезла. Поставки газа из России в ЕС раньше составляли 40-45%, потом эта цифра упала до 7-8%, что, на мой взгляд, все еще слишком много. Она должна быть 0%, если мы настроены серьезно и не хотим вносить финансовый вклад в российский военный бюджет. Однако некоторые государства-члены по-прежнему обладают исключительно политическим мышлением в этом отношении.

Я не знаю, как они это совмещают с миролюбивой политикой. Другими словами, я очень критично отношусь к правительствам этих государств-членов, но я имею в виду, что это была и есть большая неудача Российской Федерации. Смотрите, «Газпром» близок к банкротству. И появляются новые иски, даже со стороны коммерческих компаний Евросоюза. Они не выживут, это точно.

Я уверен, что ЕС не вернется к зависимости ни от российского газа, ни от российской нефти. Извините, это был очень трудный и дорогой урок. Но мы говорили об этом Брюсселю уже десятилетие или два, говорили, что это лишь вопрос времени, когда энергия будет использоваться как инструмент давления, проведения каких-то переговоров или создания каких-то неблагоприятных ситуаций. Многие не прислушались, потому что это, как обычно, было бизнесом.

- Еще одна проблема, точнее, беспокойство, которое волнует многих политиков и правозащитных организаций, – это предстоящая конференция COP29, которая пройдет в ноябре в Баку. Правозащитные организации обращают внимание на то, что в том же Баку незаконно удерживаются более двадцати армянских военнопленных и заложников, а также около трехсот азербайджанских политзаключенных. Насколько Европейский парламент обеспокоен этим вопросом и какие шаги он предпринимает, чтобы привлечь внимание руководства ЕС?

- Первый шаг - не молчать. Среди политических групп в Европейском парламенте существует консенсус, что даже если COP29 состоится в Баку, он не может быть посвящен только вопросам, связанным с климатом. Будет большое международное присутствие, будут журналисты, эксперты и т. д. Это будет отличный повод поднять эти вопросы.

И я думаю, естественно, что мы поднимаем эти вопросы, потому что, видите ли, многие известные азербайджанские НПО и правозащитники просто умоляют: «Не прекращайте высказываться, иначе будет хуже, чем есть». Я не знаю, сколько этих опасений будет в текстах итоговых документов, думаю, немного, но тем не менее, формальных и неформальных дискуссий, вероятно, будет много, и руководству Азербайджана придется к ним прислушаться.

Иногда мы поднимаем очень неудобные политические вопросы, на которые нужно дать ответ. Иначе как вы можете быть надежным партнером?

- Вы сказали, что в политических группах Европарламента существует консенсус. Будет ли этот консенсус трансформироваться в конкретные действия в форме заявления или резолюции?

- Может быть, я не отрицаю, что мы можем провести дебаты по этому поводу в Европарламенте. Были определенные разговоры и инициативы. Может быть, придет время, и мы это сделаем. К сожалению, на предыдущей законодательной сессии у нас было немало резолюций, касающихся политической ситуации в Азербайджане, и эти резолюции на самом деле были не очень позитивными. У нас было много, много критических моментов: имена многих заключенных, у которых было слабое здоровье. Если бы я был руководством Азербайджана, меня бы это действительно тронуло больше. Потому что каждый раз, когда вы слышите что-то негативное от Европейского парламента, это не просто приносит политическое оправдание и послание, оно может быть трансформировано во что-то другое.

- Политическая ситуация в Грузии в эти дни вызывает беспокойство Европы. Хотя предстоящие выборы в Грузии должны иметь решающее значение для будущего отношений ЕС и Грузии, в отношениях с Арменией наблюдаются параллельные позитивные изменения. Несколько дней назад вице-президент Еврокомиссии находился в Ереване. Диалог по либерализации визового режима официально начался. Как далеко пойдет ЕС в плане углубления отношений с Арменией?

- Наша политика в отношении Грузии была абсолютно искренней и стратегической, потому что мы понимали, что страна хочет идти по пути европейской интеграции, что было оценено по достоинству, потому что мы видели очень хорошие и положительные примеры того, как изменились страны с точки зрения политики, экономики. и безопасность.

Оглядываясь назад на 20-летний опыт вступления моей страны в Евросоюз, Литвы, и на тот факт, что я когда-то был главным переговорщиком, могу сказать, что это чудо, преобразующее чудо. Вы как будто следуете согласованным правилам и перенимаете лучшие практики Евросоюза, берете политические и экономические инструменты, доступные в Евросоюзе, и с каждым годом видите все больше и больше позитива. И, наконец, вы никогда не одиноки.

Я думаю, что этот принцип очень важен для стран Южного Кавказа. Когда я говорю, что вы никогда не одиноки, я имею в виду солидарность, которая существует между государствами-членами ЕС. Это принципиально важно для любой европейской страны, и неважно, о каком регионе мы говорим. Таким образом, Грузии было предоставлено очень многое. От Грузии ждали многого. Сейчас мы понимаем, что у нынешней власти несколько иная точка зрения.

Они приняли несколько законодательных актов, например, закон об иностранных агентах, который не соответствует практике ЕС, построенной на принципах толерантности, плюрализма и демократии, демократической конкуренции. Так что, это новость неевропейская.

Если правительство Грузии считает, что это хорошо для их страны, тогда им придется выбирать между вступлением в ЕС, переходом в другое место или даже приостановкой подачи заявки на членство в ЕС.

И в этом контексте давайте поговорим об Армении, которая может стать естественным партнером нашего сотрудничества.

Действительно, мы можем многое дать Армении, и эти обещания Евросоюза не основаны на каких-либо ожиданиях того, что Армения что-то даст взамен. Например, военная база, как в случае с Россией. Нет, мы ожидаем от Армении в определенном смысле европейской модели развития, потому что, как я уже говорил, сама стабильность вытекает из интересов Европейского Союза. Посмотрите на Центрально-Восточную Европу, которая уже является хорошим примером нашего развития.

Таким образом, мы ожидаем более тесных отношений с Украиной, Молдовой и Грузией. В случае последней мы надеемся, потому что это станет видно после выборов, которые станут проверкой приверженности Грузии ЕС. Я думаю, что дальнейшее сотрудничество с Арменией – это естественный путь.

Это может занять некоторое время, но я вижу много позитивных обязательств со стороны премьер-министра Пашиняна. Я думаю, что он прекрасно понимает новые возможности Армении и совершенно прав. Знаете, не так уж много людей с видением, особенно среди политиков. Если дальновидное руководство Армении будет достаточно настойчивым, если это руководство будет иметь общественную поддержку, что тоже очень важно, и если мы сможем коллективно избежать иностранного вмешательства посредством дезинформации и фейковых новостей, это может проложить путь к успеху. Поэтому я желаю армянскому народу действительно быть мудрым, разумным и решительным и в первую очередь изменить направление политики, которая..., не знаю, насколько она была полезна для армянского народа за 30 лет независимости.

Но теперь появилась новая возможность. Так почему бы не воспользоваться этим, почему бы не попробовать? ЕС является очень серьезным партнером, и у нас есть множество инструментов, разработанных для того, чтобы привести страны к светлому будущему.

Лилит Гаспарян

Published by Armenpress, original at https://armenpress.am/ru/article/1201259